Принц и Мавка

– Не хотелось бы, чтобы он кончил так же, как и героиня этой пьесы, – проговорил Феликс.

– С чего бы ему самоубиваться?

– Если он укрывает государственного преступника, коим является Ясухиро, то выбор у него небольшой.

– Он может сдать его.

– Сдать родного брата. Ты бы смог?

– Но его брат – живодёр. От Хизоки вон собственные родители отказались.

– Кано вообще странный человек. Он пожертвовал родным отцом ради того, чтобы жениться на девушке из враждебного клана. Мне такая любовь непонятна. Мой отец далёк от идеала, но это ничего не меняет.

– Что ж, посмотрим, что у этой бабочки окажется на первом месте.

– Его в любом случае жаль. Он потерял родителей, дом, потом нашёл себя, стал служить в чайном доме, а тут вдруг бац – брат-живодёр. Послушай, Шел…

– У тебя вдруг сделалось такое выражение лица, что мне заранее не хочется знать, что ты сейчас скажешь.

– Я твой телохранитель. Но я позволил себя похитить.

– Ну, я же говорил. Мелкий, раз ты мой телохранитель, теперь тебе и есть нельзя? Нелогично.

– Я заранее продемонстрировал Ясухиро, на что способен. Он хорошо подготовился.

– Ты считаешь, что тебе надо было ему поддаться в поединке? Что за бред? Мой телохранитель должен быть самым лучшим, и все должны это видеть.

– Как раз наоборот. Никто не должен этого видеть. Но всё равно спасибо.

– За что?

– За то, считаешь меня лучшим.

– Знаешь что, мелкий? Давай это вот всё закончим раз и навсегда. Никто не виноват.

– Никто не виноват.

– Вот и славно. Повторяй это почаще.

V

Ближе к вечеру во дворец Хизоки снова явился Рен. Он ещё не успел облачиться в образ ойран и выглядел обеспокоенным. Шелдон, Неру и Рэнди пришли в зал, чтобы услышать, что удалось узнать о Макото. Хизока сам переводил слова хозяина чайного дома.

– Мой друг проследил за Чоу, – сказал Рен. – Утром она вернулась домой, а через пару часов вышла и отправилась в порт.

– В порт? – переспросил Неру.

– В порт, – кивнул Рен. – Там она села на корабль, идущий в Серес.

– Я запутался, – сказал Шелдон. – Она села на корабль? Я понимаю, когда вы, Рен, говорите о себе как о женщине, когда вы выглядите соответственно. Я даже понимаю, зачем. Чтобы потом не назвать себя неправильно в беседе с клиентом.

– Всё верно, – улыбнулся Рен.

– Но мы же сейчас говорим о Макото. Почему села?

– Нет, мы говорим о Чоу. Из дома вышла Чоу и на корабль села тоже она.