Мыш и его Пёс

– Ненормальный ты, король, – вздохнул Шепард, подвёл своего коня совсем близко к лошади Флая, склонился к нему и прошептал: Простите, мой господин.

– Так и было! – обрадовался Флай. – У тебя действительно волшебная память.

– Долго ещё ехать? – спросил Шепард.

– Нет, – отозвался Жак. – К вечеру доедем. Может, даже не успеет стемнеть.

Дальше дорога шла через лес. Снега в нём не было совсем, что показалось Шепарду странным. Ему казалось, что если он есть в городе, то в лесу-то уж обязательно должен быть.

– А чего снега нет? – полюбопытствовал он.

– Скоро весна, – объяснил Жюль. – И мы едем на юг. В Фейсалии вообще снега никогда не бывает. Поэтому Нэжвилль закупает там овощи и фрукты. Ваше величество, вы знаете, какие звери водятся в этом лесу?

– Могу догадаться, – ответил Флай. – Олени, косули, – он замолчал. – Ещё лисы, волки, зайцы, барсуки, белки.

– А птицы?

– И птицы. Сокол, ястреб. Куропатки. Здесь живут куропатки, – вдруг заулыбался Мышонок.

Жак обернулся на короля.

– Что-то хочешь сказать, Жак? – догадался Флай.

– Вы читали о животных Нэжвилля? – спросил юноша.

– Нет, – покачал головой Мышонок. – Ну, то есть читал в детстве вообще о разных животных. Мне было интересно, но потом я…

– Его величество хочет сказать, что так он и запомнил, в какой природной зоне живут те или иные животные, ведь так? – внезапно перебил Флая Латимор.

– Да, так, – смущённо кивнул Мышонок. Он понял, что едва не признался Жаку, а заодно и охранникам в том, что он знает и понимает животных немного лучше любого обычного человека. Это могло быть воспринято как колдовство.

– Может быть, вы возродите охоту, ваше величество? – спросил Жак.

– Не думаю, не знаю, – тихо ответил Флай.

– Вообще охота – это неплохо, – проговорил Шепард.

– В вашем роду были охотники? – поинтересовался Латимор.

– Да, мой дед был охотником в Тиере.

– То есть ты охотничий пёс? – вывел Флай.

– Какой я тебе пёс? – воскликнул Шепард. Охранники, ехавшие впереди, в изумлении обернулись. Жак захихикал. Он уже привык, что телохранитель короля позволял себе вольности в общении с монархом.

– Охотничий, – повторил Мышонок, с трудом сдерживая смех.