Хозяин степи

– И что, ты с ними спал?

– Зачем тебе это знать?

– Витольд вон тоже спал со шлюхами! – Юрген сел.

– И что?

– А то, что из-за этого его жена ребёнка потеряла!

– Это как?

– Витольд заразился от шлюхи и ничего не сказал жене, а она забеременела. Вот так.

– Он плохо поступил.

– Плохо? Отвратительно!

– Это поэтому ты так злишься на него? Ну, кроме того что он уехал.

– Я буду спать, – Юрген снова лёг и закрыл глаза.

– Знаешь, что мой отец говорил? Скотине свойственно спотыкаться, а человеку свойственно ошибаться.

– А я читал, что у вас говорят так. Не будь только сыном своего отца, будь сыном человека, – тихо сказал Шу.

– Верно, – кивнул Оташ. – Спи, эне.

Увидев, что Юрген уснул, шоно вышел из дома и увидел стоявшего у изгороди Витольда.

– Меня ждёшь? – спросил Оташ.

– Я всё-таки снова это скажу, – проговорил Витольд. – Юргену нельзя уезжать так скоро. Он просто не доедет до сиваров в таком состоянии. Ты же сам видел.

– С чего вдруг такая забота о племяннике?

– Я люблю его и переживаю.

– Великий шоно! – послышался неподалёку голос Карсака.

– Что такое? – обернулся Оташ.

– Там Синерпи приехала!

– Кто это?

– Моя сестра.

– Она знала, что ты поехал со мной?

– Знала. Она бы волновалась обо мне.

– И зачем же она приехала?

– За мной, – уныло вздохнул Карсак. – Говорит, что родители хотят, чтобы я образумился и вернулся. Поговори с ней, великий шоно. Прикажи ей уехать.

– И где же она?

– На краю деревни ждёт.

– Присмотри за Юргеном, – сказал Оташ Витольду и последовал за Карсаком. Никсон молча зашагал к дому.

Синерпи оказалась голубоглазой пышногрудой красавицей, одетой в длинное льняное платье, вышитое красным узором. На голове девушки был изящный убор, украшенный монетками.

– Ну, здравствуй, великий шоно, – с поклоном проговорила Синерпи.

– Здравствуй, – ответил Оташ. – Зачем пожаловала?

– За братом.

– Твой брат – взрослый мужчина, сам волен решать, где ему быть.

– Он ослушался отца и мать. Они горюют. Разве может хороший сын так поступать?

– Да неправда это! – воскликнул Карсак. – Не нужен я им вовсе!

– Не слушай его, великий шоно, – сказала Синерпи. – Глупый он.

Карсак махнул рукой, развернулся и побежал обратно в Яссу.

– Значит, глупый? – с улыбкой проговорил Оташ.

– Конечно, глупый. Не понимает, что родители ему только добра желают.

– Я не стану держать его силой, но и выгонять его не буду.