Тени и зеркала

– Нет, почему же?.. Изучи, тебе ведь интересно. Ручаюсь, что ты неверно угадал состав. И, представь себе, это ещё не самое сильное зелье. Тебя это пугает, не так ли?.. Ты-то всегда был паинькой.

Ноздри Нитлота хищно раздулись, а выражение лица, затенённого полумраком, утратило остатки приветливости.

– Зато ты всегда гордился своей испорченностью – только вот никто, кроме меня, не желал замечать это… Ты хочешь знать, как мы нашли тебя. Это же очевидно – по следам, оставленным твоей магией. Отвратительным, тёмным следам.

– Ох, бросим громкие фразы… Мой выбор не должен беспокоить тебя, каким бы он ни был. Я ушёл из Долины – почему нельзя было просто оставить меня в покое?

– И ты смеешь говорить это мне? – вдруг взвился Нитлот. Теперь они стояли лицом к лицу, разделённые исцарапанным столом; их тени от свечи были огромными, точно чудовища из сказок. Альен почувствовал, как возобновилась боль в груди.

Ах, как же ожидаемо… Альен разочарованно покачал головой.

– Значит, Ниамор? Так и знал, что дело в ней. Ты решился наконец отомстить, Нитлот? Тогда почему я до сих пор жив, рука не поднимается?

– О, если бы ты только знал… Будь моя воля… – Нитлот стиснул занозистый край столешницы и побледнел ещё сильнее (оказалось, что это возможно). – Но я не властен над собой сейчас. Я говорю от имени всего народа Долины.

– Я не виноват в её смерти, – твёрдо сказал Альен, проигнорировав последние слова.

С тяжёлым вздохом, явно сдерживая себя, Нитлот скрестил на груди худые руки и отвернулся, как если бы само присутствие Альена вызывало у него отвращение. И всё-таки его скорбь была неподдельной – Альен даже удивился, особенно учитывая то, как они с Ниамор всегда не ладили и плели друг против друга козни, о которых судачила вся Долина.

Ниамор… Ещё одно слишком отчётливое воспоминание. Она до сих пор иногда являлась Альену во снах – просто стояла и молча, укоризненно смотрела в упор, красивая той же холодной красотой, высокомерная и несчастная.

– Она повесилась, Альен, – полным боли шёпотом произнёс Нитлот – так, будто кто-то из них мог об этом забыть.