Дети горькой воды II

И кто такая моя племянница.

Линуш промолчал.

– Не бойтесь, – широко улыбнулся Дэвис. – Я, конечно же, знаю, кем долгое время служил ваш отец. Знаю, что произошло с вашим другом. Но хочу вас заверить: в том, что случилось с молодым амарго, нет моей вины. То дело совсем не моих рук. И не моих людей. Более того, я знаю, кто виновен в этом. Я даже хочу помочь вам найти этих мерзавцев и свести с ними счёты. Если вы, конечно, того пожелаете.

– Что я для этого должен сделать? – спросил Линуш.

Он был готов к подобному предложению и ждал его уже давно.

– Вы знали о том, что Молли крот? – Линуш скорее даже не спрашивал. Он утверждал. Маслоу стоял напротив него в своём кабинете. Впервые за не такой большой срок знакомства с этим человеком Линушу показалось, что в его голосе что-то дрогнуло.

– Знал, – ответил Маслоу.

– Но почему вы молчали?

– Потому что я не мог доверять двум молодым неопытным агентам.

– Но Шенди теперь…

– А это всего лишь часть его работы, агент Эскот, – Маслоу смотрел прямо на Линуша, его взгляд снова был холоден. – И ваша работа точно такая же. Вы сами подписались на это. Вы так стремились попасть в спецотдел, но неужели вы представляли работу здесь как нечто красивое и романтичное? Тогда вы сильно ошиблись. Наша работа – это грязь. И это огромный риск. Это смерть. Это недоверие. Это потеря близких. Если вы хотите всё это бросить прямо сейчас, я пойму.

– Нет, я не хочу это бросать, – ответил Линуш.

– Даже если вами движет месть, я приму это. Больше не приходите в мой кабинет. Связь через агента Тома Лейкина.

– Мне продолжать работать барменом?

– Да. Вы, конечно, будете переживать из-за ранения вашего друга и брата. Но вы не будете винить в этом Дэвис. Вы не представляете, что за бандиты сделали это с Шенди.

– А вы?

– Я тоже не верю в то, что это могла быть Дэвис. Она ведь хороший молодой агент.

– Но её дядя…

– Её дядя, между прочим, вообще ни в чём не замешан. Да, в его ресторане встречаются нехорошие люди, но сам он чист. Да даже если и нет, то Дэвис в ресторане не любят, вы сами знаете это. Она решила стать сыщиком, несмотря на то, какие, возможно, есть связи в её семье. Мы проверяли её. У нас нет сомнений в её преданности сыску. Это ясно?

– Да.