Дети горькой воды

 – Неужели это ты обрабатывала мою рану и именно благодаря тебе я выжил?

– Да, благодаря мне. И ещё собственному везению. Небесам было угодно, что с твоей раной можно было выжить. Хотя выстрел был и метким.

– Тебе не интересно, кто это меня так?

– Нисколько. Лежи и не двигайся.

– Когда мне приказывает такая женщина, я не могу не подчиниться, – снова улыбнулся Филипп.

– Ты мне должен. Понимаешь это?

– Конечно. Я привык платить по счетам. Что я могу для тебя сделать? Ведь, я так понимаю, денег тебе уже дали.

– Дали. Речь не о них, – сказала Кейлин. – Дуэль был честной?

– Честной.

– Никто не хотел убивать тебя, так?

– Так.

– Твой дядя, однако, считает по-другому. И портрет Росса красуется на плакатах с надписью «Разыскивается живым или мёртвым». Справедливо ли это?

– Ого, – усмехнулся Филипп. – Ты знакома с Россом?

– Да. Его пытались похоронить заживо на моих глазах.

– Не похоронили?

– Нет.

– Ладно. Я скажу дяде, чтобы он приказал снять эти плакаты.

– Довольна.

– Ну как моя рана? Я буду жить? – спросил Филипп.

– Будешь, – ответила Кейлин. – Если, конечно, опять не полезешь в драку с заведомо сильным противником.

– Он назвал меня трусом, я не мог этого стерпеть.

– Меня не волнует, из-за чего вы решили стреляться.

– То есть он тебе не рассказывал?

– Нет.

– Но ты сама сделала вывод, что дуэль была честной?

– Росс не из тех, кто будет просто убивать, – сказала Кейлин.

– Это верно. Я не держу на него зла, – губы Филиппа в очередной раз расплылись в улыбке. – Но, да будет тебе известно, Росс останется в опасности даже после приказа моего дяди. Потому что перед тем, как чуть меня не прикончить, он засунул свой нос туда, куда не следует. Я кстати предупреждал его. По-хорошему.

– Росс связался с тобой. Это уже не может принести ничего хорошего.

Кейлин поймала себя на мысли, что больше не попадает под обаяние Филиппа.

– Когда ты поговоришь с дядей? – спросила она перед уходом.

– Сегодня же, – ответил Филипп. – Обещаю.

– Спасибо, – сказала Кейлин и направилась к выходу.

– Рад, что ты меня не убила, – услышала она, закрывая дверь.