Ангел и Волк

И этот враг испортил его оружие. А потом человек из правительства, на которого Френсис работал, скрыл тот факт, что брат на самом деле выжил, хоть и находился в тяжелейшем состоянии. Он был в коме. Френсис долго лечился, а человек, на которого он работал, искал того, кто подстроил дуэль. Им оказался Ашез.

– Хозяин трактира? – удивился Гаяш.

– Да, – кивнул Юджин. – До того, как стать трактирщиком, Ашез тоже работал на правительство. Что-то они не поделили с Френсисом, я не знаю.

– Постой… Тогда, после гибели этого Ашеза Шенди тебя допрашивал.

И ты потом был в странном состоянии. Я это помню. Что ты узнал тогда?

– Ничего особенного. Лишь то, что мой брат был этим самым секретным агентом, а я ничего не знал. А потом Френсис решил мстить. Ашезу, Люсии… Он…

– Сошёл с ума?

– Да.

– Ты поэтому отправился в экспедицию? Чтобы бежать от этого?

– Угадал, – улыбнулся Юджин.

Они попали в шторм на восьмой день пути. Небо внезапно потемнело, начался сильный дождь, а волны угрожающе покрылись белыми барашками.

Капитан приказал всем укрыться в каютах и ни в коем случае не выходить на палубу. Юджин подвинул стул к окну и стал смотреть на волны и дождь. Стулья были единственным предметом мебели, который можно было передвигать. Кровать и стол были привинчены к полу, что в который раз напоминало Гаяшу о тюрьме.

– И не боишься? – поинтересовался амарго, наблюдая за Юджином. Сам он сидел на кровати, на месте своего соседа.

– Нет, – покачал головой он.

– А говорил, что трус.

– Это я высоты боюсь, да, а шторма нет.

А ты?

– Капитан толковый мужик, и команда у него хорошая. Корабль прочный. Выдержит.

Волны становились всё сильнее, качка усилилась.

– Хорошо, что у тебя нет морской болезни, – проговорил Гаяш.

– Да, оказалось, что нет, – ответил Юджин. – Я сам не знал.

Стул, стоявший у стола, покачнулся и упал. Феникс схватился за стену.

– Иди сюда, – позвал его Гаяш. – Покалечишься, я с тобой возиться не хочу.

Юджин с улыбкой поднялся и сел рядом с ним.

Дверь в каюту открылась, и на пороге появился Айдо.

– Я с ним больше не могу, – проговорил он. – Я помню, что я врач. И я всегда отличался невероятным терпением, но это не тот случай. Одно дело, когда ты общаешься с пациентом, а другое, когда ты живёшь с ним уже неделю.

– Что там с нашим учёным? – поинтересовался Юджин.

– Морская болезнь, что же ещё! Но это ладно, это я понимаю. Но он ведёт себя, как подросток. Он старше меня, а я чувствую себя его мамочкой.