Клинки и крылья

Всё-таки маги Высоких Домов поступили мудро, когда позволили нищим утолить жажду мести в бунте и надругаться над богатствами знати. Даже несмотря на то, что цели Домов несколько противоречат тому, как не доверяют волшебству наиболее фанатичные из служителей Прародителя… Теперь простой люд сделает для своих новых повелителей что угодно – а значит, у Хелт появятся новые союзники.

А значит, Дорелии – и отцу – будет ещё сложнее сопротивляться.

– Они, как сто лет назад, пугают детей Шайальдэ, – произнёс Авьель, обращаясь словно к самому себе.

 – А набеги всё продолжаются… Кажется, что Дома намеренно не пресекают их. Чтобы дать урок непокорным и окончательно подчинить Кезорре себе.

Синна покосилась на него с подозрением: волшебник редко бывал с ней таким разговорчивым (по его меркам, конечно же).

– В Энторе у тебя будет возможность остановить это, – тихо сказала она.

Авьель покачал головой:

– Чёрная магия… И Хаос. Они по-прежнему здесь, вокруг нас. Дело не в коневодах Шайальдэ: скорее всего, они были просто обмануты теми, кто чуть поумнее.

– А в ком тогда дело? – Синна, притворившись, что зевает, прикрыла рот ладонью и прошептала: – В Хелт?

Авьель долго молчал, прислушиваясь к пению насекомых у дорожной обочины и к бормотанию толпы.

– Может быть. Но вряд ли в ней одной. Думаю, она служит кому-то более сильному – или есть ещё другие звенья… Это цепь зла, которую не размотать одному человеку. Так что нет, – он снова недобро улыбнулся.

 – Даже в Энторе мне не предоставится возможность всё это остановить. Есть маги талантливее меня и властители могущественнее, чтобы решать такие вещи.

– А для чего тогда ты? – осмелилась спросить Синна. Очередь чуть продвинулась, и ей удалось сделать ещё один шаг – ещё шаг к заветным воротам. Город-у-Южного-моря… На кезоррианском – просто непроизносимо. Но такова новая политика: имена городов должны быть понятны всем, в том числе простому народу, а не отсылать к забытому древнему языку.

Синна слышала, что Вианта теперь называется Городом-у-Красной-реки.

Что ж, по крайней мере, правдиво: в день праздника богини Велго река действительно стала красной.

– Чтобы сражаться, – хмуро ответил Авьель; морщинки у него на виске проступили ещё резче. – Сражаться и извести как можно больше воинов Хелт. Я хочу расправиться с ними сам, своей магией. Хочу тоже насылать на них иллюзии с оборотнями и монстрами.