Жених-дракон, или Отбор поневоле

 – Не так уж и сильны чувства к Ливерию, не правда ли? Иначе не горела бы сейчас в моих объятиях, изнывая от желания. – Едва коснулся мочки её ушка. – Не так уж и сильна ненависть к драконам, иначе не склонила бы голову перед одним из них. Не улыбалась бы, не кружилась в откровенном танце. – Припал губами к горячей шее и схватил Тесс за бедро, закинув на себя её ногу, в точности повторяя движение из её танца, которое заставило меня ощутить ярость и уйти с праздника. – А сейчас хочешь почувствовать, какой на вкус поцелуй истинного дракона.

– Ты меня с кем-то путаешь! – В её ярости было что-то удушающе-огненное. Показалось, что даже радужки Тесс изменили цвет с синего на оранжевый, чтобы пропустить наружу настоящее пламя. – Я не твоя комнатная игрушка! Сейчас же, – зашипела и дёрнулась, – убери. От. Меня. Руки!

– Уверена в своём желании? – спросил еле слышно и покорно отстранился, но вовсе не потому, что она так сказала.

– Больше жизни, – ответила Тесс обречённо, обняла себя за плечи и более не проронила ни слова.

Её сильно потряхивало, и я не сразу понял, что происходит. В синих глазах появилось что-то мрачное, затягивающее, и букашка вдруг юркнула пёрышком мне под ноги, а когда я потянулся и коснулся её руки, тело девушки показалось мертвенно-холодным.

– Тесс! – На секунду мной овладел страх, что она умерла. В панике подхватил девушку на руки и начал тормошить. Она дышала, но не приходила в себя. Странный холодок вырвался из её приоткрытого рта, и я машинально разорвал верхнюю часть платья, чтобы добраться до метки. Прижал ладонь к алому цветку и опалил жаром магического огня. Почувствовал почти нестерпимую боль, когда её грудь начала часто вздыматься, но глаза оставались закрытыми.

Не соображая, что нужно делать в подобной ситуации, ринулся в сторону, чтобы поскорее отнести Тесс жрецу на осмотр, но в суматохе не заметил торчащую из ближайшей живой изгороди ветку.

Я замер на месте, увидев, что Тесс облизывает окроплённые губы, словно это сладкое лакомство. Девушка распахнула глаза и вцепилась в мою шею мёртвой хваткой. Со странным блеском в широких зрачках припала ртом к порезу и начала жадно пить мою кровь.