Наследник с подвохом

Может, это игра воображения? Мало ли, вдруг действительно последствия серьезного отравления сказываются?

– Мортимер! Морти! – звала его, перевернув на спину и хлопая по щекам. На лбу кузена красовалась свежая царапина, из которой текла кровь. Я вытерла ее рукавом, досадуя, что не углядела за парнем. – Очнись, пожалуйста! Ты чего вдруг удумал падать? Морт, ну, что ты, в самом деле? Пожалуйста! Если тетка Беата узнает, никогда больше со мной не отпустит. Сомневаюсь, что тебе нравится у нее жить, такую стервозину еще поискать.

– Кто ты? –  внезапно парень распахнул глаза и просипел каким-то потусторонним голосом, пронизанным невероятной злобой. – Кто ты такая, посмевшая занять место одной из Хейденов?

Глава 11

От неожиданности я отпрянула, неловко завалившись на землю. Плевать на испачканное платье! Работая руками и ногами, отползла на безопасное расстояние. Такой Мортимер напугал меня до чертиков!

Да и Мортимер ли это смотрит пронизывающим взглядом? – тот дурачок, которого я вывела на прогулку, выглядел совершенно безобидно.

– Что ты сделала с моей праправнучкой? – кузен резким движением сел, держа спину неестественно прямо. Я инстинктивно отползла еще подальше, упираясь в стену склепа. – Пошла вон, самозванка!

Пикнуть не успела, как шею сдавили чьи-то холодные противные пальцы. Выпучив глаза, я пыталась освободиться. Вот только руки раз за разом хватались за пустоту, в то время как удушающая хватка усиливалась.

– Я… не… знаю. Как. Попала. В это. Тело, – прохрипела в ответ, тратя силы на каждое слово. – Убьешь меня – убьешь и Кармен.

Видимо, призрак и сам об этом догадался, потому что тиски ослабли. Я закашлялась, растирая измученное горло.

– Ты кто такой, вообще? – спросила, когда немного успокоилась.

– Граф Удольф Хейден, – соизволил представиться призрак, – упокоился в четыреста восемьдесят первом году от лихорадки, бушующей в наших краях.

– Плохой из тебя хранитель, Адольф, – пробурчала, чувствуя, как накрывает отходняк. Так напугалась, что этот бестелесный дух меня прикончит, что руки-ноги заледенели. Теперь вот трясло то ли от холода, то ли на нервной почве.  Сейчас бы стопка самогона не помешала, – всех твоих потомков в могилу свели, а ты даже не пошевелился, чтобы помочь. Один наследник того и гляди, помрет.