Клеймо дракона

Нос с едва заметной горбинкой и пухлые губы, обрамленные щетиной, такой же иссини черной, как и его взъерошенные волосы. На вид лет двадцать пять, не больше. Явно старше моего Кэнтона. Мы с женихом ровесники. Обоим по восемнадцать только исполнилось. Дружили с детства и всегда знали, что однажды станем мужем и женой. О, великий дракон, помоги ему меня найти и спасти! Как можно скорее! Долго в обществе этого грязного лешака я вынесу!

– Вот и чудно! Вернусь за тобой на рассвете, – мужчина игриво подмигнул, отчего меня передернуло, и оставил в одиночестве.

Лешак ушел и запер за собой дверь, а я подскочила с колючего ложа и, прихрамывая, принялась мерять комнату шагами. Все мысли сосредоточились на том, как сбежать от варвара. Почему-то вспомнила бородатого мужика, который протянул мне руку. Если судить по лицу и поступку, то самый добрый из всех, кого довелось встретить. Сразу видно, жители этой местности бедны, а значит, он не откажется от ценных вещей.

Взглянула на браслет с драгоценными камнями. С тоской провела по нему пальцем и расстегнула. Сняла с себя серьги и колье. Уложила одинокой кучкой на стол и тяжело вздохнула. Жаль, конечно, вот так отдавать целое состояние и по совместительству подарок жениха, но выбора не было.

Теперь осталось переждать час и придумать, как открыть дверь, чтобы убежать и найти бородатого. За щедрую плату он должен увезти меня подальше от похитителя и спрятать, пока не подоспеет помощь.

ГЛАВА 5

Час провела, как на иголках. Сна не было ни в одном глазу – хватит уже, выспалась на неделю вперед. На кону стояла моя судьба. Да, что там – жизнь! Этот, как его, Каурналь, сказал, чтобы слушалась, если хочу выжить. Это что же, кто-то здесь желает моей смерти? Кошмар! Папочка, где же ты? Почему до сих пор не нашел и не забрал из этого ужасного места? Кэнтон, любимый, если бы ты только знал, какой опасности подвергается твоя избранница! А я… я ведь достойна уважения.

В Санабуле тех, кто носит печать дракона, по пальцам перечесть. У меня не какой-то там осколок, а целая печать проявилась. Не у каждого потомка Доркайма имелась такая метка. Последним носителем полной печати был дедушка, Лустав Доркайм. Как же он любил и баловал меня, когда была малышкой! Уж точно не допустил бы, чтобы единственную наследницу похитили среди белого дня. Уверена, папа тоже меня любит и, несомненно, ищет.