Солёное имя

Прямые, они легли вдоль скул и омолодили девичьи черты. Для матери близнецов девушка была совсем юной. Но тяжёлая внешность, доставшаяся от отца, и манера одеваться прибавляли годы. Смирение и грусть застыли в ясных глазах, сковали угрюмый рот, сдвинули брови.

Эта Дора и вправду выглядела странно. Но те немногие, кто знал её, считали лучшей девушкой на Земле. Мать умерла, когда ей исполнилось двенадцать, и забота об отце и братьях-близнецах легла на плечи Доры. Чтобы справиться с горем, отец с головой ушёл в работу, а Дора – в быт.

Соседи сочувствовали Доре и жалели её. С годами жалость сменилась уважением и гордостью, а сейчас Дору повсюду преследовали любопытные взгляды, шёпот за спиной и сплетни.

Грубоватая внешность, отсутствие всякой женской прелести и стиля делали Дору воплощением дома, с его бесконечными заботами и хлопотами. Подруг тоже не было. Не было времени заводить их.

Соле любила Дору и всякий раз бежала навстречу, когда та появлялась из-за угла.

Однажды Соле забралась в палисадник тёти Эл, под купол раскидистого шиповника.

Сквозь заросли проглядывалась скамейка, спинка которой срослась с палисадником. Лавочка пряталась от любопытных глаз под навесом из густых веток и плотной листвы. Влюблённые парочки уединялись здесь по вечерам; студенты неумело смолили первые сигареты; пенсионеры прятались в прохладной тени.

В тот день скамейку облюбовала компания подружек. Набухшие бутоны шиповника шли их красоте, предвосхищали шестнадцатую весну. Привлекательность девушек была неопытна, тем и опасна.

Она не знала отказа. Тяжело отвергать красоту. Ходят слухи, что однажды она спасёт мир.

Девчонки шептались и смеялись, но вдруг замолчали.

– Смотрите! Дора, – сказала одна.

– Какая же она всё-таки некрасивая, – подтвердила вторая.

– Она не некрасивая, – перебил третий голос, – она просто страшная!

И они снова рассмеялись.

– А давайте разыграем её? – вкрадчиво предложил четвёртый голос.

Он звучал уверенно. Владелица не спрашивала, а повелевала.

Даже через густую непроницаемость зарослей Соле уловила знакомые капризные нотки манерного тона, которому не угодишь. Это был голос Марии.

После истории с Паломой прошло два года, но ведьмы и чудовища в придуманных Соле сказках по-прежнему именовались Мариями. Даже если это был сам король гоблинов. На это у Соле были личные основания.

Однажды в один из дворов вывалили гору песка для бетонирования стоянки. Детвора сбежалась отовсюду.