Суицид не средство

«Всё закончилось, всё почти закончилось», – напевал я про себя. Как ни странно, помогало. Закончилось, почти закончилось. На сегодня у меня ещё была назначена одна очень важная встреча, а потом… ох, хорошо-то как.

Огоньки вывели меня из Q-отдела на общий канал, а там я уже легко ориентировался. Кабинет для дополнительных переговоров находился в другом крыле, и я прибавил шагу. Впрочем, всё равно опоздал – когда я вошёл, японец уже был там, сидел в кресле и пил зелёный чай. Склоняясь в полупоклоне, я кинул взгляд на настенные часы.

– Приношу свои извинения, Мамору-сан.

– Я приношу вам свои извинения, – произнёс тот, вставая и кланяясь в ответ. – Как оказалось, мои часы спешат на одну минуту.

«Эх, ну что за народ, так вашу перетак, думал я, заучено продолжая ритуал приветствия. Нанотехнологии у них на высшем уровне, а часы хронически спешат. Или отстают. Да один чёрт».

– Итак, я уполномочен посвятить вас в общие положения нашей нанопрограммы, – начал я, когда с церемониями было покончено.

– Ещё чаю, пожалуйста, – сказал японец. Я на миг онемел. Если бы я осмелился перебить его, он наверняка бы немедленно и вежливо откланялся. Чёрт, и что только не приходится терпеть. Ну да ладно.

Я сдержанно надавил на клавишу селектора.

– Вера, ещё зелёный чай для господина Мамору.

Мамору улыбался. Он был очень высок для японца, худощав и скуласт, а глаза у него были голубые. Я сомневаюсь, существуют ли в природе голубоглазые японцы – скорее всего, это просто линзы.

– Ваша нанопрограмма, – напевно проговорил Мамору, и я спохватился.

– Да. Наша нанопрограмма, – я положил руки на рассыпанные по столу проспекты, – как вам известно, носит рабочее название «Анти-Суицид», сокращённо «АС», и обеспечивает полную свободу индивида от суицидальных попыток. Лозунг нашей программы – «Суицид – не средство!»

– Полностью согласен, – мягко улыбнулся Мамору.

«Да какой же ты после этого самурай», – посетовал я про себя и хищно улыбнулся Верке, протиснувшейся в кабинет с подносом. Верка была роскошной бабищей с потрясающей гривой и бюстом, а также с нервным тиком в левом лицевом нерве. Жигалов, мой непосредственный начальник, спал с ней, а я её жалел. Верка всегда очень нервничала, принимая гостей, и я старался не дёргать её по пустякам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».