Птицелов

– Это точно, – усмехнулся Марвин. – Ну а звать тебя как, непутёвая твоя башка?

– Робином кличут, мессер. Робин Дальвонт я…

– Из дворян?

– Батюшка мой был сэйром, хоть и безземельным, – ответил Робин, как-то сразу погрустнев.

– Бедность не порок, была бы доблесть, – назидательно произнёс Марвин. Робин тоскливо вздохнул. Да уж, с доблестью у него тоже явно не сложилось, тут не поспоришь…

Подоспело вино, принесённое пунцовой от смятения и страха невесткой трактирщика – как походя отметил Марвин, смазливенькой и весьма пышнотелой девки.

Марвин налил себе, потом мальчишке – тот забормотал было, что рано ещё для выпивки, на что Марвин в ответ расхохотался так оглушительно, что из кухни прибежал испуганный хозяин. В конце концов Робин, конечно, выпил, мгновенно опьянев, – оно и не удивительно, вино было дрянное, а от дрянного вина с непривычки всегда развозит, Марвин по себе знал.

Впрочем, спьянев, парень явно осмелел и, подняв на Марвина обожающий взгляд, промямлил:

– Мессер, вы меня давеча стюардом своим назвать изволили…

«А и правда, – вспомнил Марвин, – назвал».

Просто сорвалось – он и про себя мальчишку так же называл, пока имя не узнал.

– Так возьмите меня к себе стюардом! – воодушевлённо попросил Робин.

Марвин задумался, разглядывая его одутловатое лицо. Мальчишка, конечно, толстозадый, неуклюжий, неповоротливый – Марвина кто угодно на смех поднимет за такого стюарда. С другой стороны, тут смеяться некому, а парень услужливый, да и благодарен ему за спасенье жизни (хотя, усмехнулся про себя Марвин, кто ещё кого спас).

А главное – тоже сбежал из плена мессеры Артеньи, что делало его для Марвина едва ли не родной душой.

Мальчишка будто увидел, что он колеблется, и взмолился:

– Возьмите! Тут кругом леса одни, до города Единый знает сколько, самому мне не добраться. А я вам стряпать буду, я умею! У меня рука уже почти и не болит, видите? – он энергично сжал правую руку в кулак, сунув его Марвину едва ли не под нос.

Тот, впрочем, не оценил.

– Сын сэйра – и стряпать умеет, – неодобрительно сказал Марвин. – Ты б лучше оружие чистить выучился.

– Я и это умею, – снова залившись краской и растеряв всю смелость, пробормотал мальчик.

Марвин вздохнул.

– Лет тебе сколько?

– Пятнадцать, мессер.

– Сэйром Марвином меня зови, – сказал он и отпил ещё вина. – Ладно, Робин, пока что пойдёшь со мной. Доберёмся до наших – слыхал, недалеко они уже, – а там как знаешь.