Зелёная дверь в конце коридора. Повесть

 – Повезло ему…

Снежана оторвалась от телефона. Она была пьяненькая, но это ей очень шло.

– Конечно, повезло. Но я думаю его бросить. Налей-ка мне, Коля. За знакомство. – И она посмотрела на него так, что в душе Николая на все голоса запели райские птицы вперемешку с ангелами. Чтобы спрятать расплывшееся в дурацкой улыбке лицо, он потянулся за бутылкой игристого и элегантно (как и подобает человеку в отличном костюме) разлил его по бокалам, не преминув сверкнуть перед носом девушки золотой запонкой. Пусть заценит.

Они выпили на брудершафт и троекратно поцеловались. От нее вкусно пахло апельсином и корицей. Зазвучала душещипательная песня о большой и всепоглощающей любви, которая будет длиться вечно. Николай уже приготовился пригласить Снежану на танец, но тут она оглянулась по сторонам, схватила со стола бутылку (он не успел заметить, чего именно) и быстро сунула ее в сумочку, которая неожиданно оказалось очень вместительной.

– Давай убежим? Ты же один живешь, да?

Райские птицы в душе Николая взяли самую высокую ноту и взорвались маленькими цветными салютиками.

– Явызовумашину, – скороговоркой выпалил он, схватил Снежану за руку и быстро повел к выходу. Другой рукой он уже набирал номер такси.

***

Ехали долго. Москва стояла в вечерней пробке, и уже в такси они приговорили половину бутылки, спертой с корпоратива. Это оказался виски четырехлетней выдержки. Закусывать было нечем, но после каждого глотка они целовались.

К дому подъехали в тот самый момент, когда Коля наконец справился с молнией на узком платье Снежаны и был готов на «здесь и сейчас», с прибором положив на водителя, который пристально следил за ними в зеркало. Его планы спутала пожилая соседка, которая со всей силы заколошматила в стекло и потребовала убрать машину с прохода. Водитель негромко выругался на красивом южном языке, а Снежана, быстро застегнув молнию и поправив прическу, выпорхнула из такси. Коля, не считая, сунул таксеру несколько купюр и с криком: «Сдачи не надо!» – выскочил вслед за ней.

***

В лифте они опять целовались. И еще немного на лестничной клетке у двери в квартиру. По правде говоря, Коля немного боялся, что, если он оторвется от Снежаны, она может протрезветь и… ну, бог знает, как она поведет себя, протрезвев? Может, начнет лопотать что-то про корпоративную этику или про то, что она не такая… Но опасения его оказались напрасны.