Борьба за равновесие

Интериор пропал в возрасте тридцати пяти лет, даже для вашего народа это не так уж и много. Он вполне мог делать детей, уж поверь мне. Отсутствие достойной невесты – не повод принимать целибат, или как это у вас там называется.

– Но Интериор… он не мог же… – Рилмок так густо покраснел, что Алейт расхохоталась.

– Мальчик мой, ты удивляешь меня всё больше и больше! В Аквилиассе было великое множество женщин, от простой прачки до великолепной фрейлины, и ни одна не отказала бы Интериору, пожелай бы он их ласк. А он, как ты помнишь, был мужчиной нестарым и здоровым.

– Но откуда вы всё это знаете? – не унимался Рилмок. – В «Сказании» ничего подобного нет! Или в Кхаридане есть свои «Сказания»?… – Краска ещё не сошла с его лица.

– Зачем мне сказания и легенды? – удивилась Алейт. – Я была его Хранителем Короны, мне ли не знать его похождений.

Рилмок потерял дар речи. Кхара, вздохнув, отправилась во двор упражняться с мечом, оставив молодого лекаря в глубочайшем и искреннем шоке.

Глава V

В Хельсвуде Лидан въехал почти с закатом. Городок неприятно удивил его толчеей и сутолокой, не прекращавшимися даже к ночи. Лоточники расхваливали свой товар, торговки сырами и рыбой зычно зазывали покупателей, но рыба показалась Лидану весьма подозрительной. В мыслях, где же ему найти домик знахаря, он почти вплотную подъехал к «Оранжевому Ослу».

– Что ж, – пробормотал кхар сам себе, – на постоялом дворе можно узнать всё, что угодно. – И направился к воротам.

Выскочивший поприветствовать нового гостя Филкис внезапно обмяк, позеленел и шумно грохнулся на землю. Лидан соскочил с коня и подошёл к толстячку.

– Что с вами?

Филкис неловко дёрнулся, пытаясь свернуться в клубок, и замер.

– Что за… – Лидан одной рукой поднял несчастного и легонько встряхнул. Филкис пискнул.

– Д-д-д… Я не… Прошу вас…

Лидан вздохнул, опустил Филкиса на землю, благо к тому уже спешила дородная женщина в переднике, и прошёл в зал.

За стойкой царил сам дядюшка Никус, но, увидев кхара в герцогских цветах, тоже малость побледнел.

– Чего угодно Повелителю Глубин? – учтиво пророкотал он, придавая своему лицу всю возможную почтительность. Лидан внутренне усмехнулся.