Запрети любить

Тетя Люда, до этого воюющая с фантиком, замирает в неестественной позе, выпучив на отца глаза. Он и сам понимает, что сказал, взгляд становится виноватым.

– Прости, Ясь, я…

– Нормально все, – я аккуратно достаю свою ладонь из его захвата, хватаю свою чашку и делаю глоток. Слишком большой глоток горячего чая, плюю назад, кашляя.

– Господи, Яська, – тете Люда отбрасывает конфету на стол, – горло обожгла?

– Немного, – отвечаю сипло, – не критично.

– Может, воды дать?

– Не надо, все нормально.

Только не возвращайтесь больше к этой теме.

Никогда.

Остаток недели проходит спокойно, Таня работает, пару раз они гуляют с Кириллом, но я почему-то смущаюсь расспрашивать о подробностях, довольствуясь ее коротким “все отлично”. Я и сама выбираюсь с Антоном на обед, совершенно спонтанно, когда он звонит, и я оказываюсь в городе. В который раз отмечаю, что с ним легко, он быстро находит интересные темы для разговоров и умеет обходить неловкие.

– В выходные буду у Пети, – говорит, когда мы расходимся, – загляну в гости?

Я улыбаюсь, пытаясь представить Танину реакцию.

Надо будет с ней это как-то обсудить заранее.

– Да, конечно, – соглашаюсь все же.

В конце концов, гости – это ничего такого. Вон Кирилл через десять минут после своего появления уже чай пил. Морщусь своим же мыслям, почему я постоянно бессознательно сравниваю Антона с Кириллом? Глупость чистой воды.

Они ведь абсолютно разные, а главное, образ жизни Кирилла мне совершенно не нравится. То ли дело Антон: обстоятельный, ответственный, интересный.

И он мне подходит. Правда.

Хотя и немного странно, я всегда считала таких мужчин не моей весовой категорией. Я ведь простая девушка, без больших запросов. Матвей, мой бывший муж, был обычным провинциальным парнем, красавцем не назвать, но вполне себе симпатичный.

Хотя с возрастом он расцвел, научился подавать себя. Когда мы познакомились, он был студентом юридического из бедной семьи. Мечтал о собственной практике, и мечту осуществил, правда, уже без меня.

Не знаю, имею ли я право винить его за наш разрыв.

Он хотел иметь семью, а я не могла дать ему ее. Наверное, в глубине души я могу понять его решение. Правда, от этого не менее больно, потому что я-то осталась. Осталась один на один со всей этой болью, которую раньше делила с ним.

Матвей захотел избавиться от нее и жить счастливо, и ему это удалось. Что касается меня, то я просто смирилась. Есть факты, которые надо уметь принимать. Я долго боролась, чтобы изменить их.