Следуй за мной

Я вообще-то экономический оканчивала.

Женя снова задумался.

– Я узнаю, что можно сделать, – пообещал мне, и я уснула вполне довольная собой.

План был прост: я устроюсь к нему на работу, мы будем больше времени проводить вместе, к тому же, вникнув, что к чему, я постараюсь подвести мужа к мысли о договоре с Красовицким. Полгода на это должно хватить. Лучше уложиться раньше, шесть месяцев в таком нервном состоянии я вряд ли выдержу.

Машка мою идею оценила. Мы встретились с ней в понедельник днем, потому что на выходные она уезжала.

– Неплохой ход, – похвалила меня, – можешь, когда хочешь.

– А что Красовицкий? Удалось что-нибудь вызнать?

Машка откровенно скуксилась.

– Полный голяк. Мужик кремень. Завести с ним знакомство оказалось легче легкого, а вот в остальном… Посидели, поболтали, я его с ходу приглашаю за город на выходные…

– Так ты с ним ездила? – ахнула я.

– Не гони лошадей. Он согласился, но вел себя крайне уважительно. Улыбался, травил байки, но на этом все.

– Что? – спросила настороженно.

– Слушай, красота, чего бы тебе самой не охмурить его?

Я только глаза выпучила, а Машка продолжила:

– Мужик он зашибенный, красавец, и при деньгах. Ты у нас тоже, дай бог каждому.

– И?

– Что и? Действуй. Он на тебя точно клюнет, приручишь его, он тебе компромат сам отдаст.

– Это отвратительно.

– Неужели? – язвительно хмыкнула Машка. – Завела же ты одного любовника.

– С Сережей все иначе.

– Ну конечно. А чего ты тогда от большой любви Женьку своего не бросишь? Не хочется рая в шалаше? То-то и оно.

Я замолкла, обиженно глядя в окно. Машка, конечно, права. Приключений мне хотелось, романтики, потому и соблазнилась на Сережу. Теперь вот расплачиваюсь.

– Ладно, – вздохнула Машка, – ты на меня не обижайся, знаешь же, я всегда говорю, что думаю, только в голове ветер.

Я даже думать не стала. Одно дело, когда эмоции захлестнули, а другое вот так, на голом расчете.

«А мужа ты как соблазняла»? – хмыкнул внутренний голос.

Но мне виделось, что с Женей было другое. Я ему была благодарна за его участие, и за любовь, и казалось, что я поступаю правильно, до того измотана я была нищетой и трудностями жизни. Да и глупая была, все-таки девчонка восемнадцати лет.