Следуй за мной

Он прекрасно знал, что я замужем, но это его уже не останавливало. В общем, хоть я и терзалась угрызениями совести, произошедшее той ночью вполне мне их компенсировало. Сережа любовником оказался пылким, и я открыла для себя много новых ощущений.

Так началась моя двойная жизнь. Я боялась, врать Жене будет трудно, но это оказалось проще простого. Мы виделись только по вечерам, секс между нами случался в лучшем случае раза три в месяц.

Чувствуя перед ним свою вину, я неосознанно стала проявлять куда больше нежности и заботы, претензии оставила в прошлом, что его порадовало.

Мы стали даже ближе, но мне эта близость была уже не так дорога, потому что меня захватили новые отношения.

Конечно, Машка все прознала, но и тут меня похвалила.

– Я уж думала, так и будешь носиться вокруг своего импотента.

– Он не импотент.

Машка Женю недолюбливала, считая размазней, но я его всегда защищала.

– Давно надо было его бросить, ты такая красотка, пальцем поманишь, любой на тебе женится и обеспечит на всю жизнь.

Но я, натерпевшись в детстве, отказывалась рисковать тем, что имею, ради невнятных перспектив. Жить, как Машка, от случая к случаю, я не умела. Я привыкла к тому, что у меня все есть, а потеря этого ассоциировалась с моей деревушкой и пьяной матерью.

Этого я боялась больше чумы. Машка понять меня не могла, но с моим решением смирилась. Про Сережу она догадалась, увидев «мои блестящие глаза». Подробности выпытала быстро.

– Экземпляр так себе, – высказала свое мнение, – за душой ничего, только на любовь и способен.

Впрочем, ты сама при деньгах, а в остальном он тебя явно устраивает.

Это было правдой. Наши отношения продолжались целый год, бывало, мы ссорились, но быстро мирились. Уходить из семьи я категорически отказывалась, он терпел. Мне удавалось скрывать наши отношения, пока сегодня в кафе напротив меня не сел субъект с пакетом фотографий, прозрачно указывающих на мою измену.

Намерения его были очевидны: он хочет денег, иначе фотографии попадут к моему мужу. А это точно развод, развод без гроша за душой.

Пока я ехала к Машке, перед глазами то и дело возникала вытоптанная дорожка за моим домом, ведущая в ряд покошенных сараюшек, а на ней женщина с ведром, одетая в тулуп и резиновые сапоги.

Эта картина навевала невероятную тоску. Хоть я и знала, что не пропаду даже без поддержки Жени, мне все равно становилось до одури страшно.

– Вот подлец, – высказалась Машка, разглядывая фотографии.

Потом бросила их на стол и закурила.