Профессорская дочка

Сердце совсем обезумело, кажется, не знает, то ли остановиться, то ли из груди выпрыгнуть. Чувствую, как ноздри дразнит терпкий, но свежий аромат туалетной воды, мне теперь ещё не дышать, что ли, а то ведь и голова закружится. Какие у него длинные пушистые ресницы, и такие пухлые губы, легкая щетина придаёт особую притягательность образу. Я нервно сглатываю, чувствуя, как сильно пальцы сжимают злосчастный конверт.

– Забирайте деньги и уходите, – выдаю эти слова, чувствуя, что дыхания не хватает. Мужчина снова усмехается.

– Тебе не говорили, что ты похожа на зайца, Злюка? – спрашивает, выпрямляясь, а мне в лицо ударяет краска, снова сжимаю конверт в руках.

Смущение отходит на второй план, уступая место злости. Есть у меня такая беда, в детстве обзывали кроликом из-за приподнятой верхней губы. Я комплексовала, да и сейчас порой бывает. Вот из-за таких субъектов.

– А вам никто не говорил, что вы старый зануда?

Да, дурацкий выпад, намеренно хочу задеть мужчину, который прекрасно знает себе цену.

Мужчина мгновенье щурится, глядя на меня, а потом тянет из рук конверт, я не сразу соображаю, все ещё крепко держа его.

– Деньги отдайте, – бросает он, я быстро отпускаю конверт. Внутрь мужчина не заглядывает.

– Уверен, там все, а если нет – вам же хуже, – развернувшись, идёт к двери и, уже толкнув ее, оборачивается: – Зря ты так поступила, Злюка, заказ Марины я отменяю.

– Вы не имеете права! – срывается против воли. Мужчина усмехается. – В таком случае скажите ей об этом сами.

Сверлю его взглядом, но он остаётся непробиваемым.

– Скажу, – произносит в итоге и уделяется. Ну вот и все. Офигенно. Ни денег, ни заказа. Вот не дура ли я, а? Из странного желания помочь Марине подставила себя. Да и ребят по факту тоже. Вот они обрадуются, когда узнают.

И тем не менее, решаю им пока ничего не говорить.

Рабочий день проходит в волнении. Сама не знаю, чего жду, но то и дело поглядываю то на дверь, то на телефон. Жду, что Марина позвонит и отменит заказ. Но в итоге около пяти девушка появляется сама. Одного взгляда хватает, чтобы понять: Марина злится. Очень злится.