Принцип иллюзии

Ну надо же, действительно была Верена, а я ведь не верила мамуле! Правда, она, по всей видимости, решила, что эта Верена и та, что заявлена в легенде о иллюзионистах – одна и та же. Хотя причин к такому выводу никаких нет. Вот это уже определенно мамины фантазии.

История баронов Франков заканчивается неопределенно. По бумагам видно, что к концу девятнадцатого века барон распродавал свое имущество и имеющиеся предприятия. Таким образом, он должен был получить большую сумму денег, так ведь? Я бы даже сказала, огромную.

При переезде в Россию мог выкупить Елагин остров при желании.

Это место действительно было самым зыбким в истории, ниточка, соединяющая баронов с поволжскими Франками готова была в моих руках рассыпаться в пыль. Тем более, что барона Франка звали Альфред, а не Альберт. Хотя имена похожи, конечно… Но все-таки разные. И к тому же, у Альберта было трое детей, а у барона Альфреда четверо: три дочери и сын. Куда тогда делась одна из дочерей при переселении?

В общем, очень мутно и не слишком правдоподобно.

Если бы не одно но: Дитрихи. Если окажется, что те самые Дитрихи есть предки Марка, то может ли так случиться, что барон Альфред Франк – и есть Альберт Франк, приехавший в Поволжье в конце девятнадцатого века со своей семьей, чтобы вести хозяйство в маленькой деревушке?

Глава 10

Легенды я на всякий случай тоже попросила скинуть. Их было так много, что становилось понятно: читать не перечитать. Пришлось уточнить, что по мнению мамы имело отношение к Франкам.

Не то чтобы я верила в это (не верила вообще!), но решила просветиться, раз уж все равно лежим тут без дела в шикарном номере отеля.

Я покосилась на Марка. Он читал книгу, вытянувшись на противоположном краю кровати. Не проявлял никаких признаков недовольства или усталости. Ничего не затекло даже, по ходу.

– Каковы твои предположения, – все-таки спросила его, – как скоро появятся эти хранители?

Он равнодушно пожал плечами.

– Возможно, ночью. Они любят эффектность.

– Позеры, – буркнула я, возвращаясь к легендам.

Из толстого сборника мама отобрала всего две, но уверяла, что они совершенно точно имеют отношение к Франкам. Одна из легенд датировалась концом девятнадцатого века, вторая – вообще лохматая-прелохматая, и, как по мне, обе они были именно сказками.

Древняя гласила о двух цветках, которые сплелись воедино. Эти цветы – источник всех знаний во вселенной, и тот, кто их, скажем так, употребит, станет обладателем этих самых знаний.