Принцип иллюзии

– Я заеду через пятнадцать минут, – чуть ли не пропела она в трубку. Очевидно, в ее жизни произошло отрадное событие, непонятно только, почему она решила поделиться им со мной.

Тетя Клавдия, как она предложила мне себя называть, прибыла даже раньше. Через десять минут, когда я только лазила по комнате в поисках рубашки, хозяюшка дорогая открыла дверь своим ключом. Пока я доставала завалившуюся за матрас рубашку и надевала ее поверх пижамы, она, что-то бормоча, возилась в коридоре.

Выглянув наконец за дверь, я никого не обнаружила, зато соседняя комната была открыта.

– Ну что? – услышала я приближающийся голос теть Клавдии. – Соседка, если что, не проблема, разберемся.

Разберемся? Серьезно? Это каким образом? Ночью закатаем в бетон и скинем в реку? Что-то я маньячная стала из-за этой истории.

– Я еще смотрю, – раздался мужской голос, внезапно показавшийся мне знакомым, и тут же из комнаты выплыла лебедь белая Клавдия, а за ней… не поверите – Ян!

Мы уставились друг на друга в полном изумлении. Я даже рот открыла для убедительности, чтобы точно сомнений не возникло: я поражена до глубины души.

– Я беру, – заявил Ян, даже не взглянув на теть Клавдию. Та обрадовалась и превратилась из лебеди в курицу, потому что стала квохтать над парнем, как наседка над яйцом.

– Давайте тогда на кухню пройдем, все обговорим, данные запишем, – она почти затолкала его в кухню, я заглянула в комнату и аж присвистнула.

Во-первых, она была в три раза большей моей, а во-вторых, обставлена современной мебелью, и с хорошим ремонтом. Стало понятно, что мне досталась на самом деле не комната, а кладовая с хламом, которая стояла на замке, когда в квартиру въезжали приличные люди вроде Яна. Неприличным вроде меня полагался антиквариат.

– Клавдия Владимировна, – позвала я ласково, пока Ян заполнял смятый договор. – Можно вас на секундочку?

– Иду, голуба моя.

Я отвела ее в свою каморку и зашептала:

– Как же так? Почему вы меня не предупредили? Вдруг я против?

– Глупости не говори, Верка, с чего тебе быть против?

– С того, что я хотела жить одна. Вдруг он маньяк?

– Ты его видела? Скорее поверю, что ты на него сама набросишься.