Любовь и кое-что еще

Сейчас все это гудело от голосов разного люда, а я старалась меньше пялиться, до того колоритные персонажи вокруг были.

Петя, взяв меня за руку, провел в магазин, продавщица оказалась обычной такой женщиной лет сорока пяти с замученным лицом. Михмих, как оказалось, жил в одном из небольших домиков, стоящих за магазином. Мы отправились туда.

– Михмих, дома? – крикнул Петя, оставив меня у забора, а сам ловко чрез него перепрыгнув.

На нашу удачу, из двери тут же выглянул небольшой пузатый мужчина с усами. Выглядел он весьма комично, но я уже ничему не удивлялась.

– Слушаю вас внимательно, – посмотрел на Петю, тот, ловко пихнув его в домик, скрылся следом. Через пять минут высунулся и махнул мне рукой.

– Обойди дом, там калитка, – сказав, скрылся внутри.

Переступив порог, я замерла, наблюдая комичную картину. Домик был маленький, тут уместилась только кровать, шкаф, стол, на котором в углу стояла электрическая плитка, да пара стульев. У дальней стены дверь, скорее всего, в санузел. На столе стояла бутылка водки, которую Петя только что купил в магазине, и два граненых стакана.

– Леди пьет? – задал вопрос Михмих. Петя отрицательно покачал головой, а мне стало обидно.

– Пью, – ответила и уселась на стул под изумленным Петиным взглядом.

– Наш человек, – ответил Михмих, разливая водку по стаканам. Себе налил почти половину, мне плеснул на донышке.

– Может, не стоит, Мань? – неуверенно спросил Петя, я, хмыкнув, выдохнула и залпом опрокинула в себя водку.

В горле защипало, в нос ударил резкий неприятных запах. Боже мой, я сейчас заплачу, кажется. Водку пила один раз, и мне не понравилось. Так чего тогда полезла? Нет, плакать не буду. Просто умру.

– Глаза открой, – услышала Петин голос.

Последовав совету, почувствовала острую необходимость выдохнуть, что и сделала, а потом схватила сыр и запихала в рот. За всем этим делом не заметила, как Михмих успел опрокинуть свои полстакана.

– На самом деле, – продолжил колобок, как мысленно я его назвала, – большая часть легенд откровенное фуфло.

– И какое? – спросил Петя, наблюдая, как Михмих разливает.

– Пастушье ущелье, туда пастухи коров и овец водили. И место, где родник сейчас, называли пастуший дом.