Ходит черная королева

Карташов остановился довольно близко, и глядя в глаза, продолжил:

– У тебя такой отрешенный вид, глаза блестят, и еще ты постоянно закусываешь губу.

Я только сглотнула. Мне кажется, или этот разговор меньше всего походит на ничего не значащий? Кирилл так на меня смотрит и говорит с такими интонациями, что я начинаю чувствовать себя голой. Ну правда, предостережения Ветра не помешают.

– И-извините, – я заикнулась, делая шаг назад. – Когда я пишу, то не замечаю ничего вокруг.

И в данный момент не замечаю подтекста в словах.

Не замечаю, не замечаю. И выгляжу поэтому, как дурочка. Кирилл, кажется, понял, что я притворяюсь, потому что усмехнулся, дёрнув бровями.

– Почему на обед не пришла?

– Была не голодна.

Я отвернулась, решив вернуться к работе и дать таким образом понять, что занята, наклонилась за краской, но тут же выпрямилась, поняв, что демонстрирую свою пятую точку. Даже сказать ничего не успела, Кирилл оказался у меня за спиной. Я застыла, а он проговорил на ухо:

– Значит, сейчас ты уже точно голодна.

Ты ведь поужинаешь с нами, Ирина?

Его дыхание щекотало кожу, я выдохнула, подумав, что раньше такие ситуации только в кино видела: когда мужчина оказывается рядом, и его близость полностью дезориентирует. Мне всегда казалось, что это только киношный прием, безусловно, красивый и будоражащий сознание. А теперь я сама жертва этого приема: то бледнею, то краснею, и не знаю, что говорить.

– Да, поужинаю, – кивнула, не оборачиваясь, Кирилл отошёл, и я почувствовала облегчение.

 – Ты что-то хотела?

Я недоуменно обернулась и поняла, что слова предназначались не мне, а домработнице Ане. Неловко. Интересно, как давно она тут стоит?

– Алена Дмитриевна просила Ирину зайти к ней, – Аня явно пыталась говорить ровно, но в голосе сквозили эмоции.

– Сейчас приду, – быстро сказала я, не глядя на нее.

Даже рада была, что появился благовидный предлог смыться хотя бы из студии. Выйдя из комнаты, я потопала к кабинету, качая головой. Ситуация какая-то неприятная: я работаю в доме семейной пары, где муж гуляет направо и налево, спит с домработницей, и вроде не прочь замутить со мной.

А я ещё веду себя, как кисейная барышня, держу ситуацию в подвешенном состоянии вместо того, чтобы дать мужчине понять, что между нами ничего быть не может.

Стукнув в дверь кабинета, я заглянула внутрь.

– Заходи, милочка, – Савицкая поманила меня рукой, – как идёт работа?

Странно, что дама даже не заглянула ни разу посмотреть.