Остражка детДомАвец. Магия БлагоРодной

 – Женька сбегала на кухню и, вернувшись со стаканом, бросила горошины в воду. Пока желто-зелено-серые камешки размокали, девочка принялась нанизывать на иглу шишки. Но после нескольких неудачных попыток, поняла, что, подобно брату, без помощи мамы – не справится.

Мама, как Женька и предполагала, тонула в одном из старых выпусков научного журнала, сидя за кухонным столом.

Подойдя к столу вплотную, Женька тронула маму за локоть.

– Мам.

Мама не отреагировала.

– Мама, – повторила Женька чуть громче.

Но мама снова не отреагировала. Казалось, она совершенно не слышала дочь. Буд-то пугающего вида воронка, смотрящая на маму со страницы журнала, проглотила ее, и мамины уши улавливали только шум воды.

– Мама! Мам! – Женькин голос становился все громче и громче. Она звала маму снова и снова, и снова, в течение нескольких минут, пока на кухне не появились близняшки и, деря друг дружку за растрепанные волосы, не завопили: – «Ма-а-а!».

– Хватит кричать! Я же не глухая! – резко повернувшись к дочери, мама шлепнула ее по не очень мягкому месту.

И Женька вернулась назад в детскую, где, чтобы задавить обиду, принялась грызть еще твердые горошины. Они были горькими, – но все же, – они были. И Женьке удалось слегка утолить свой физический, а заодно и моральный голод, потому, как крепкие зубы, вдоволь поборовшись, – все же победили крепкую пищу.

Пришло время победить и крепкие шишки. Женька положила одну из шишек себе на колено и, вооружившись стальным «копьем», принялась ее атаковать. Через пару минут по всему дому разнесся громкий крик. Наконец, услышавшая дочь мама, ворвалась в детскую и ахнула, – толстая цыганская игла, дрожа вместе с плачущей девочкой, торчала у нее из ноги.

– Да, что ты за ребенок-то такой? – быстро освободив иглу из Женькиной ловушки, мама надавила на рану кусающиеся ватой. – Не умеешь что-то делать – не берись!

– Но мне в школу надо…, на завтра, – всхлипнула девочка.

– А что, попросить о помощи было некого? Не могла мне сказать, что тебе помощь нужна? – мама сунула вату в Женькины пальцы и, поставив на стол тюбик с клеем, шлепнула девочку по затылку. – Чтобы я больше не видела, что ты иглы трогаешь! Не можешь пришить, так возьми, да приклей. Или ты и на это не способна?

– Я спо…, способна, – еще не перестала всхлипывать Женька.