Дело о бюловском звере

Иноземцев бросил короткий взгляд на пассажира, нахмурился.

– А может, авантюрист какой? – предположил чиновник и покосился на Иноземцева, верно, ожидал, что тот скажет. Но Иван Несторович отложил тетрадь, откинулся на стенку экипажа и, скрестив руки на груди, притворился, что спит. Мыслями он уже вернулся к луноверину. Может, это и не ошибка вовсе? Кашель ведь он смог унять. Может, испытать его еще раз?

Неумолкающая болтовня мешала думать.

– Что ни день – покойник, два. Уже и в газете нашей писали. Неведомо, о чем исправник думает.

– Здесь не исправник надобен, а батюшка, чтобы разогнал вурдалаков да упырей и отмолил бюловское поместье.

– Не батюшка, а жандарм крепкий. Он именно что авантюрист и выдает себя за генерала нашего. А авантюрист британский, точно вам говорю.

Какой авантюрист, какие, к лешему, упыри? Хорошо, доктор Ларионов дал свой револьвер. В такую глушь без оружия никак. Туда еще и железную дорогу не проложили, в эту Т-скую губернию.

Глава II. Синяя Борода

«27 июля, 10.

10.40 пополудни – усталость прошла, утих кашель, спала лихорадка. Луноверин может стать недурным противокашлевым средством, ибо действительно подавляет кашлевой рефлекс, если использовать его в дозировке одного сантиграмма, а не двух.

11.15 пополудни – пытался вспомнить рецепт, но тщетно. Клонит в сон. В следующий раз попробую уменьшить дозу еще вдвое, чтобы избавиться от нежелательных эффектов вовсе».

На уездной почтовой станции Иноземцева встретила пышная карета. О да, он был крайне удивлен, увидев посреди замусоренного двора, где справа был колодец, а слева пустые конюшни, подобный транспорт, каких сейчас уже не делали, – на пружинах, массивный, с резной позолотой и шелковыми занавесями на окнах.

– Смотри-ка, генеральскую прикатили, – буркнул дворник, с видом знатока-каретника разглядывая экипаж. – Поди, барыня сама распорядились.

– Натали Жановна сама, да уж, – отозвался смотритель – тоже вышел на крыльцо, пока Иноземцев помчался собирать саквояж. – Понравился он ей. Гляди, какой франт: проборчик косой, визиточка щегольская, на носу очки. В прошлые разы приказано было держать докторов, пока у них истерика не начнется. А этому велела мою комнату отдать до наступления утра.

– Верно, Прохор Кондратьич, совсем плох хозяин, раз такая спешка.