Возможно, куриные. Возможно, яйца. Пересказки

Старательно делает вид, что мы незнакомы. Двое Шакалов, интересно, как у них с документами? Чем лучше они оформлены, тем подозрительней цель визита. Как всегда, короче.

Спал я крепко, только видел дурацкие сны. То я за Колобком гоняюсь, то он за мной.

А посещение злачных мест дало результаты. Утром прилетела ко мне Сойка:

– Про Колобка знаю. Медведь его съел, сама видела.

Я аж поперхнулся. Все-таки Медведь!

– Пройдемте в отделение, запишем ваши показания, – предложил я, – может, еще свидетели есть?

– А как же, есть.

И я оформил два протокола. Сойка и Еж утверждали, что видели, как Медведь съел Колобка. Сойка чересчур старалась. Еж был старый, буквально спал на ходу. Но даже место они указали правильно. И как я ни бился, на противоречиях их подловить не смог. Дело ясное.

Начальник меня похвалил, по плечу похлопал, сказал, что молодец, и намекнул на премию. А мне пришлось сообщать бабке с дедом новости.

Медведя арестовали.

Неделю спустя.

– Ну что, ну где? – тараторила Сойка.

– Да вон, около пенечка, как договаривались. Я слово держу, – сказала Лиса.

Рядом с пеньком действительно было насыпано зерно. И надо клевать быстрей, пока другие не налетели.

– Ты только подальше отойди, – попросила Сойка.

– Как скажешь, дорогая, – ласково промурлыкала Лиса.

Сойка начала склевывать зерно. Вкусное, только пахнет почему-то смолой. А пень-то березовый! Она переступила, но левая лапка не двигалась. Прилипла. Сойка бешено рванулась вверх. Не успела.

Лиса, облизываясь, тщательно собрала разлетевшиеся перышки, скатала их в один ком со смолой и зерном, затолкала под корень и присыпала землей. Оглянулась. Вроде бы, никого. Еж скоро умрет от старости, а Сойка уже ничего не скажет. Вот и хорошо.

Как ветер перевесил вывески

Что за непогода разыгралась недавно в городе! Ветер так и гудел, так и свистел! Высоко в воздухе плясали и кружились листья, пакеты, фантики, бумажки и прочий мусор. Весь вечер и всю ночь выла сигнализация и гремели крыши.

Утром дворники сметали сор, рабочие убирали поваленные деревья, владельцы машин чесали в затылках, прикидывая убыток. А еще ветер перевесил во всем городе вывески.