Спасатели Немалибу

Спасатели Немалибу

Юлия Нестеренко

Материал, опубликованный в местной газете, меняет жизнь пожилой женщины. Она благодарит за него молодую журналистку, автора текста. Но только ли ее эта заслуга? Всегда ли мы поступаем по своей воле или идем дорогой, которой нас ведут? И кому на самом деле больше нужна помощь: спасенным или их спасателям? Возможно ли, что когда ситуация слишком сложная, и обычных человеческих сил недостаточно, в игру вступают Спасатели, обозначая свое присутствие лишь легким черно-белым перышком?

Юлия Нестеренко

Спасатели Немалибу

Зимой дома одиноких пожилых людей выдает узенькая тропинка, что тянется от улицы до ворот.

Издалека ее, утонувшую в сугробах, не сразу заметишь и сочтешь жилье заброшенным.

Если подойти ближе, то дорожку можно разглядеть. А если обладать более–менее живой фантазией, то легко представить, как утром тяжелые ноги обитателя дома проваливались в свежий снег, черпали его валенками, пока руки в тандеме с лопатой освобождали путь до калитки.

Порой эту работу выполняли социальные служащие, приставленные к бабушкам и дедушкам.

У домов их неодиноких ровесников даже после обильных снегопадов дети и внуки расчищали широкие «карманы» и площадки для автомобилей. К ним приезжали гости.

– Смотри, опять к Назаровым – целый табор, – замечает Анна Васильевна, глядя на своего пса Маркуса. Она поливает герань и зеленый лук, стойких обитателей узкого подоконника. Растения словно не пугает январский мороз за окном, они «дуреют», как говорят в этих краях, перерастают горшки и прижимаются зелеными стебельками к холодному окну.

Жизнь, закипающая в белых и розовых барашках герани на подоконнике, резко контрастирует с общим настроением дома и его хозяйки. Стены серы от копоти старенькой печки, которая пыхтит, но не дает тепла. И Анна Васильевна, закидывая очередное поленце в ее прожорливую пасть, сетует: толку опять не будет! Старушка кутается в осеннее пальто и поправляет на ногах валенки.

Это ее домашняя одежда, без которой можно околеть. Во всех восьми углах крохотного домика с покосившейся крышей царит запустение и склабится нищета.

Чтобы прикрыть ее, Анна Васильевна стирает в тазу выцветшие занавески. В доме нет воды, ходить на колонку этой зимой женщина не в силах, поэтому она сначала заносит снег и топит его в большой бадье. Как высохнут, гладит тряпицы старым утюгом и крепит на железные гардины. Ненадолго на душе теплеет.