Секрет индийского медиума

– Этот человек знает, где дневник?

– Знать-то знает, да достать его уж точно не возьмется. Архив Полицейского Управления совсем в другом месте находится. Екатерининский канал, дом сто три.

– От Гороховой два шага.

– И там свой начальник имеется.

– Да что ж вы кругами ходите! Его имя?

– Семен Петрович, фамилию не припомню… кажется, Михайлов или Михайловский. Дважды его видел, когда вас выслеживали. Надворного советника ему дали как раз.

– Надворного? Мои поздравления. Как он выглядит? Высок ли? Сколько лет? Семью имеет? – допытывалась Ульяна, едва ль не за грудки схватив бывшего исправника.

Делин, прекрасно понимая, что такому напору сопротивляться нет смысла, да любопытно было, что девчонка замышляет, продолжал отвечать, хоть и с неохотой.

– Среднего росту будет, блондин с проседью, сорока, быть может, лет.

Ульяна бросила быстрый оценивающий взгляд на Ромэна.

– Он сойдет?

Делин ответил, ни минуты не задумавшись, немало чем поразив Ульяну.

– Сойдет. Ежели под мундир одежи побольше надеть. В теле Семен Петрович. Вы уж больно легкая да воздушная и росту небольшого. А принц египетский как раз будет.

– А вы, Кирилл Маркович, сообразительны, – усмехнулась девушка, с озорством подмигнув. Но тотчас изменившись в лице, нацепив маску вселенской сосредоточенности, заявила: – Мы попадем в Архив. Но к завтрашнему дню мне нужно знать об этом человеке все! О семье, где живет, чем живет, кто кому родственником приходится, о слабостях и прочие мелочи.

– Какие роли? – сузив глаза до тонких щелочек, спросил Делин.

И ведь ни воспрепятствовать не мог, и участие принять и охотно было, и боязно. Все, чем жил он, пожертвовал, чтобы изловить эту маленькую бестию. Словно мотылька, манила его на свой яркий волшебный свет, будто китайский фонарик. Уж и терять теперь было нечего, кроме как вновь последовать за ней, то ли из азарта, то ли по иным каким неведомым душевным причинам.

– Ваша роль – доставить нам всю информацию. Завтра видно будет. Но ночь перед Рождеством обещает быть… – тут Ульяна сделала торжественный жест заправского циркача, разведя руками невидимый занавес, – не-за-бы-ва-а-аемой.

Сердце Делина похолодело.