Праздник по обмену

 – А вчера к нам люди из банка пришли, жалобу с уведомлением вручили, – с отчаяньем в голосе продолжил он. – Как же нам без квартиры? Она у нас одна. Пойдите навстречу…

Бедняков с надеждой уставился на него. А его носатая жена подхватила на руки дочь и прижала к груди, в надежде разжалобить. Но Всеволода это только рассердило. Меньше всего его сейчас волновали чужие проблемы, в то время как собственная жизнь висела на волоске, а где-то в толпе уже подбирался ряженый в Деда Мороза киллер.

– Ничем помочь не могу, – отрубил Серебров.

В тот же миг Бедняковы, словно по волшебству, исчезли, а на их месте возник Дед Мороз.

– Эх, Сева, Сева, – вздохнул Дед Мороз. – Упустил ты свой шанс. Придется по-другому.

Всеволод хотел бежать, но не мог тронуться с места – словно заледенел. С ужасом он смотрел, как старик заносит посох. Елка за его спиной вмиг осветилась огнями, засияла так, что у Всеволода перед глазами поплыло. Посох тяжело опустился ему на лоб, и свет померк.

Глава 4.

Сознание возвращалось вспышками.

– Сева! Сева!.. – Кто-то тряс его за плечи.

Перед глазами все мелькало, как огни на новогодней елке.

– Папочка! – тоненько скулил кто-то рядом.

Всеволод открыл глаза и увидел над собой елку, а вокруг себя – расступившуюся толпу. Над ним хлопотала Аля Беднякова, рядом всхлипывала ее дочка. Самого Беднякова видно не было, как и Деда Мороза, огревшего его посохом.

– А где?.. – прохрипел Всеволод, приподнимаясь.

– Я здесь! – носатая Аля с готовностью склонилась над ним, поддержала за плечи.

Всеволод мотнул головой – вот привязалась! Его повело, и он чуть не упал.

– Помогите перенести его на скамейку, – скомандовал чей-то высокий голос.

Его подхватили, как котенка, и куда-то потащили. Серебров завозился, просипел:

– Помогите! Убивают!

– Тише, Севочка! – Перед глазами снова мелькнуло бледное лицо с большим носом.

– Какой я тебе Севочка! – Всеволод отмахнулся.

– Как вас зовут? Помните? – спросил тот же высокий голос, что командовал нести его на скамейку.

– Всеволод. Серебров, – отрывисто прохрипел он, настороженно разглядывая крепких парней за ее спиной. Это они приволокли его на лавку.

– Сколько пальцев? – Женщина сунула ему под нос руку с облупившимся красным лаком.

Хоть бы маникюр обновила! Вот у Инги он всегда был безупречный.