Эгрегоры. Антагонисты и протагонисты

Проходя в центр, стараясь не зацепляться взглядом за фото, Женя, которая питала к братьям меньшим любовь, пыталась отогнать от себя мысль о том, какую ненависть поднимают данные следы преступления в её душе. За восемь лет пора бы было привыкнуть ко всему, более того, род её деятельности призывал к жёсткому контролю всех эмоций и желаний. Но в этот вечер контроль сдавал все свои позиции безбожно. Кто знает, может, это последствия алкоголя, который ещё немножко бродил в крови, может, эмоционального скачка, что был пережит днём, может, просто хроническая усталость, ведь она не была в отпуске уже четыре года.

И вот в центре находился «виновник торжества». Крупный тучный мужчина, явно бандитской внешности типа «бритоголовых братков», был раздет до пояса и буквально пригвождён к стене старого дома с квартирами типа «хрущёвок». На теле его было множество ран и кровоподтёков, а на животе – вырезанное слово «грешник». Ещё одно несовпадение – слово расположилось не на лбу, как это бывало обычно, и было вырезано, кажется, вручную, без помощи эгрегора.

Странно, но смотря на него презрительным взглядом, Васильева не чувствовала ни толики сострадания, хотя и злость ушла, оставив место какому-то мимолётному удовлетворению.

– Ты бы, Васильева, хоть тень улыбки постаралась спрятать, а то как-то нехорошо получается, – ровным спокойным шагом к Евгении подошёл мужчина, лет на семь старше её на вид, но по факту – на целых семнадцать, одетый в строгий костюм, который, вопреки чрезмерному педантизму своего носителя, выглядел немного неряшливым.

«Оу, так, значит, его вытащили из постели», – отчего-то сделала заключение Женя, пока собеседник продолжил:

– А то знаешь, ведь с таким успехом тебя можно будет обвинить в некомпетентности. Кстати, о последней, – мужчина поравнялся с блондинкой и, смотря ей прямо в глаза, спросил: – Что ты здесь делаешь?

– Витя, Витя, столько яда, – улыбнулась девушка, откидывая голову назад.

– Семиренко здесь, – мрачно произнёс младший Половец. Не успела Васильева что-то сказать, как на горизонте показался их начальник – седовласый мужчина лет пятидесяти. Бодрым шагом он подошёл к своим подчинённым, а за ним плёлся и Половец старший, который, будучи охотником, почему-то снова оказался втянутым в дело Самаэля.