Волшебница-самозванка

– А я Тоби, значит,– ощерился хороняка, придвигаясь поближе.

Только сейчас я заметила, что сижу на чьей-то могиле, упираясь спиной в надгробие, и немедленно вскочила с сырой земли. Успею еще належаться.

– А это ты людей под землю таскаешь? – дипломатично перевела разговор я, уклоняясь от нежных объятий охваченного страстью упыря.

– Я,– горделиво подбоченился тот, изображая из себя супермена.– Хочешь, тебя с собой возьму на охоту? А правда, пойдем вместе. Сегодня будет веселая ночка, сама Селена с Русалочьего озера меня изводить явится.

– Да ну?.. – протянула я, подивившись осведомленности Тоби.

Тот тем временем поймал пробегавшую мимо крысу и, предложив даме (дама скромно отказалась), впился в несчастную зверушку зубами, урча от удовольствия.

– Только нам ее есть нельзя. Ее надо этим порошком обсыпать,– отбросив в сторону обглоданный крысиный хвостик, хороняка вытащил из-за пазухи тряпичный мешочек,– чтобы силы колдовской лишить, а после к хозяину отволочь.

– К хозяину? – заинтересовалась я.– А кто у нас хозяин?

– Мужик какой-то,– отмахнулся Тоби, пытаясь приобнять меня за талию.– Не из наших. Шепелявый какой-то. А пойдем ко мне, а? Все равно никого нет пока. Я тебе свою могилку покажу. Не склеп, конечно, но гроб просторный, вдвоем поместимся. Вдвоем-то оно веселей, а?– зарделся он, протягивая мне золотой перстень с рубином. Перстень Ива.

– Откуда это у тебя? – похолодела я.

– Да с мужика одного снял.

– Куда ты его дел? – ужаснулась я.

– А ты что, его знаешь? – Упырь ревниво уставился на меня.

– А то! Это ж мой погубитель! Похититель чести моей девичьей! Так бы голыми руками его и задушила! – заверила я его.

– Не женщина – огонь! – восхитился Тоби.– Могу доставить тебе такое удовольствие.

– Так он живой? – обрадовалась я.

– А что с ним станется? Если не задохся только.

– А ну тащи его сюда,– велела я.

– А если колдунья появится? – заволновался упырь.

– Я ее задержу, любимый!

– На вот тебе порошочек, чтобы она тебя впредь не заколдовала! – зарделся хороняка, вручая мне мешочек, и прыгнул в могилу, которая расступилась перед ним, как в кино.

Прошло не больше пяти минут, когда послышался хруст и треск, и хороняка выбрался наружу, держа за шкирку бездыханного Ива.