Волшебница-самозванка

– Деточка моя! – всплеснула руками нянюшка Агата, вывернувшая из-за угла.– Наконец-то освободилась! Идем же обедать!

Отведав немного мяса, испив два бокала сладкого красного вина, я уже было смирилась с судьбой-злодейкой и решила задержаться в Средневековье на пару-тройку дней. Отдых на лоне природы и натуральная пища никому не помешают. Тем более когда к моим услугам собственный сад из роз, девственные дубравы, цветочные лужайки и целый штат вышколенных поваров и служанок. Вот верну личику сияющий вид, обзаведусь нежным румянцем, наберу пару килограмм для пущей женственности – а там уж можно и о возвращении домой подумать.

Идиллия была прервана нашествием очередных гостей.

– Госпожа, тут к вам…– пролепетала испуганная Софи.

– Священная инквизиция! – гаркнул румяный толстяк, вкатываясь в парадный зал.

Следом за ним шествовали десять вооруженных воинов.

– Попрошу всех разойтись! – велел толстяк, грозно глянув на сидящих за столом.– Госпожа волшебница, а вас я попрошу остаться.

Слуг тут же словно ветром сдуло. Неторопливо выкатилась из-за стола нянюшка Агата. Захватив булочку и яблоко, убежала Рокси. Последним покинул стол Ив.

Никто не собирался меня спасать. Никто не вступился за мою честь. Никто не выразил удивления. Такое чувство, что священная инквизиция является в замок дважды на дню, а раз в неделю Селену сжигают на потеху публике, а затем она возрождается, как птичка Феникс.

Вот только я – не Селена, и со мной этот фокус не пройдет.

– Вы обвиняете меня в колдовстве? – наивно поинтересовалась я.– Тогда мне нечего бояться. Я не умею колдовать.

– Тогда тебе есть чего бояться, девонька,– отпивая вино, размазывая его по пышным усам, пригрозил толстяк.– Если ты не заговоришь печень у Марфуса, подагру у Дина и геморрой у Ронни, ты – горсть пепла.

Из стройного ряда рыцарей выступили три бравых солдатика со скрюченными лицами и с надеждой уставились на меня.

– Я горсть пепла,– повторила я.– Но я не согласна! Это противоречит Конвекции по правам человека!

– Совсем девка сдурела со своими снадобьями,– поразился толстяк, доставая из кошеля на своем поясе свиток.– На-кась, погляди-ка, это еще список от моей дочурки и женушки.

Похоже, что сжигать меня они не собираются. Пока.