Осколки снов

Если им придется сражаться за Яра, помощь Вики придется кстати.

– Ну все, договорилась! – Бабушка повесила трубку и кивнула мальчикам. – Кузьминична примет вас троих.

– Троих? – Марк насмешливо вздернул бровь. – Я как-нибудь сам. Спасибо за чай, загляну вечером и обсудим, где искать моего пропавшего брателло.

Он шагнул к порогу, где стояла Соня.

– Куда ты? – Соня удивленно взглянула на него.

– Навещу мать.

– У тебя есть мать? – поразилась Соня. Она знала, что у братьев разные матери, и мать Яра погибла, когда сын был еще маленьким.

– У всех есть мать. А что тебя так удивляет? – Марк быстро вышел из кухни.

Резко хлопнула входная дверь.

– Пойдемте, провожу вас к Кузьминичне. – Соня обернулась к Лису и Муромцу, и они с готовностью шагнули к ней.

– Не приму! – едва взглянув на Лиса и Муромца цепким взглядом из-под очков, Кузьминична категорично скрестила руки на груди и стала поперек двери. Сухонькая и невысокая, с седым пучком на голове, она долгие годы проработала в школе учительницей химии, а теперь по привычке продолжала поучать соседей.

Одинокая соседка была свидетельницей того, как две команды лунатиков сражались за Соню во дворе дома, и сразу узнала Лиса с Муромцем.

– Муза Кузьминична, – просительно произнесла Соня, – это очень хорошие ребята. Они мне жизнь спасли.

Старушка с сомнением взглянула на ребят и опустила голову набок, так что стало видно дужку слухового аппарата – она была глуховата.

– Какое красивое имя – Муза, – с подкупающей улыбкой заметил Лис. – Должно быть, ваш отец был художником или поэтом?

– Мой отец был пьяница и грубиян, – сварливо пролаяла Кузьминична.

– Ничего, переночуем в машине, – Муромец положил широкую ладонь на плечо Лису и развернулся, чтобы уйти.

– Моя мать была пианисткой. И выдающейся! – Кузьминична развернулась спиной и скрылась в квартире, оставив дверь открытой.

Друзья растерянно переглянулись.

– Входите, – поторопила Соня.

– Ты уверена, что она нас не съест? – изобразил тревогу Лис, как будто Соня отправляла их прямиком в логово Бабы Яги.

– Кузьминична гораздо добрее, чем кажется, – возразила Соня.

В глубине квартиры что-то заскрежетало.

– Похоже, она уже разжигает печку, чтобы нас приготовить! – Лис с опаской покосился на темный коридор.

Муромец широко зевнул и закрыл рот рукой.

– А, хоть бы и сама Баба Яга.