Галинкина любовь

– Да вот, запостила фоточку для своих подписчиков… – отозвалась она. – Мир должен знать, что я ем!

– Господи, и ты туда же, – он неодобрительно покачал головой. – А я-то думал, что всеобщая истерия тебя не затронула.

– Папенька, ну не все же такие отсталые, как ты, – фыркнула она. – Между прочим, с твоим звёздным статусом просто неприлично не иметь ни единого аккаунта в соцсетях!

– Ой, уволь, – он расхохотался. – Сегодня я зарегистрируюсь в инстаграме (принадлежит компании Meta, которая признана экстремистской организацией и запрещена в РФ – здесь и далее), а потом что? Придётся купить палку для селфи?

– Между прочим, – наставительно заметила дочь, – палка для селфи – гениальное изобретение.

– Это ты мне сейчас так тонко намекаешь, чтобы я тебе палку для селфи подарил? – засмеялся Белецкий.

– Подари мне лучше путёвку в Европу! К примеру, в Париж на уик-энд, – не моргнув глазом, попросила она. – Вот там мне и палка тоже пригодится. Буду фотографировать себя на фоне Эйфелевой башни!

– Путёвку я тебе куплю, если ты благополучно поступишь, – отозвался он невозмутимо. – А пока что поощрять тебя совершенно не за что.

Даша, не обидевшись, пренебрежительно хмыкнула и принялась с аппетитом уплетать оладьи.

– Так значит, у тебя есть инстаграм, – подытожил Белецкий.

– Конечно, – кивнула Даша с иронией. – Каждый мой шаг становится достоянием общественности. Готовлюсь к карьере будущей кинозвезды смолоду!

– Какой кошмар, – фыркнул он. – И эти самые… губы уточкой… тоже делаешь?

– Дакфейс, – поправила его дочь.

Он понял не сразу.

– Что, прости?

– Правильно эта мода называется «дакфейс». Утиное лицо, короче, – она захихикала. – Но я подобными глупостями не занимаюсь.

– Уф, прямо от сердца отлегло, – улыбнулся он.

Даша тоже развеселилась:

– Прикинь, пап, через много-много лет наши потомки будут вести такие диалоги: «Вот, посмотрите, дети! Это инстаграм вашей покойной прабабушки! – А почему у неё так странно выпячены губы? – Люди в те времена были дебилами и думали, что это красиво!»

Белецкий от души расхохотался.

– Хотя, скорее всего, будет наоборот, – вдруг погрустнела Даша.