Люби как в 20!

А когда мы вошли в лифт, Данила опять меня поцеловал, а затем внезапно спросил:

– У тебя есть Инстаграм?

Вот я и попалась!

– Нет, – я помотала головой, бросив панический взгляд на двери лифта. Скорей бы уже доехать на свой этаж и сбежать от расспросов, которые могут меня разоблачить!

– А страничка «Вконтакте»? – не отставал Данила.

У меня был профиль для общения со студентами, но не могла же я дать его Даниле!

– Неа.

– Что, вообще нет соцсетей? – Парень в изумлении вытаращил глаза.

Я пожала плечами.

– В основном по вотсапу.

– Диктуй, – потребовал он.

– Что? – испугалась я.

– Номер телефона.

Я замешкалась. Если назвать свой номер, он же сможет пробить его по Интернету и узнает, что телефон зарегистрирован на Полину Ларионову, а не на Алину. Да и вообще, у меня в профиле в мессенджере стоит моя фотка в образе строгой училки – для общения с коллегами и студентами.

– Я его потеряла, – выпалила я.

Данила удивленно взглянул на меня.

– Вот прямо на днях, – добавила я.

К счастью, лифт наконец остановился на моем этаже и я выскочила наружу.

– И как же ты без телефона? – поразился Данила.

Похоже, парень не понимал, как человек вообще может обходиться без Инстаграма, ВК и чатов в мессенджерах.

Я развела руками:

– Как без рук! – А потом зачем-то соврала: – Полина обещала купить, ей скоро зарплату дать должны.

К счастью, двери начали закрываться, и я уже вздохнула с облегчением.

– Зайду за тобой завтра в шесть, – шепнул он на прощание. – Оденься потеплей!

Он нажал на кнопку лифта, вошел внутрь и уехал на этаж выше. А я вытащила свои ключи и никак не могла попасть в замочную скважину. Только потом заметила, что сую не тот ключ. Руки дрожали, мозг совсем отключился, а на губах блуждала глупая улыбка и остался мятный вкус поцелуя.

Когда я наконец зашла в свою квартиру и остановилась напротив зеркала, то не узнала себя. Из отражения на меня смотрела юная влюбленная Полина – с румянцем во все щеки, растрепавшимися на ветру волосами и припухшими зацелованными губами. Как будто время пошло вспять, и я вернулась в свои восемнадцать – когда я была беззаботной студенткой и бегала на свидания, а родители еще были живы.