Та, что разучилась мечтать

– Ну правда, неужто совсем нет выхода? Может, просто штраф заплатить?

Женщина в раздумьях пожевала губами, явно досадуя, что с этой разгильдяйкой столько возни.

– Штраф не я выписываю, а начальник поезда… – наконец нехотя процедила она сквозь зубы.

– Отлично! – обрадовался мужчина. – Вот и отправьте девушку к начальнику поезда.

– Да поезд сейчас тронется! Не могу же я пустить её внутрь без билета!

– Ну почему же не можете? Билет у неё есть, ну и что, что с малюсенькой ошибкой… Она заплатит штраф, и ваша совесть будет чиста.

Та растерянно и в то же время горячо закивала:

– Да-да! Я заплачу, сколько скажете…

– Ладно, бог с вами, – сдалась проводница, раздосадованная тем, что они взяли верх в споре, но и не имеющая ни времени, ни возможности препираться дальше. – Идите в штабной вагон… это девятый, за вагоном-рестораном, начальник там.

– Спасибо вам, вы просто чудо, – обезоруживающе улыбнулся мужчина, отчего проводница сразу растаяла, и Саня удивилась: надо же, чужой человек, а так переживает за незнакомую, совершенно постороннюю пассажирку… Казалось бы, ему-то какое дело до того, пустят её в поезд или нет?

Начальник поезда оказался более сговорчивым и покладистым, чем проводница. Он не журил Саню за невнимательность, не стыдил, просто выписал штраф и выдал квитанцию.

Когда счастливая и окрылённая Саня добралась до своего вагона, поезд уже вовсю набирал ход. Показавшись на глаза проводнице и получив от неё милостивое разрешение занять место согласно купленному билету, Саня отправилась на поиски своего купе.

Открыв дверь, она чуть не ахнула от изумления: её попутчиком оказался тот самый непрошенный защитник, который заступался за неё перед проводницей.

– Ну что, решили свою проблему? – улыбнулся он, как будто совсем не удивился, увидев Саню.

Улыбка у него была очень добрая и подкупающая. И взгляд тоже – ясный, открытый и чистый. Саня невольно улыбнулась в ответ.

– Аж на целых двести рубликов.

– Это грабёж среди бела дня! – возмутился попутчик, однако мелкие морщинки, собравшиеся в уголках светлых глаз, выдавали, что он смеётся.

– Ага, у меня были грандиозные планы на эту сумму.