Троллиные истории

А Томас, сидя с другими лесными троллихами под последним осенним солнышком, говорила: «У них не все дома, у обоих. Я вас предупреждаю: не пейте их тинную бормотуху!»

Худоша об объявлении узнал от Андрея, который пришел и с самым серьезным видом спросил:

– Собачьи кости перемолотые подойдут? Зеленецкие, не Тибетские?

Тут-то тролль и понял, что дело нечисто, но не мог пропустить момент и не отпустить хорошую шутку. Худоша зачерпнул старым медным чайником изрядное количество тинной бормотухи и крикнул в левую по часовой стрелке стену:

– Чучо, заходи пить вкусный Тибетский чай из помола костей диких животных!

Но троллиха пить чай не захотела, всей душой радея за то, чтобы все лекарство досталось Худоше.

– Томас, заходи пить вкусный Тибетский чай! – стукнул тролль в правую по часовой стрелке стену своего убежища.

Но где там! Томас уже бежала на Зеленецкую площадь рассказывать всем, что Худоша пьет Тибетский чай из помола костей диких животных.

Абсолютно всех троллей Зеленецкого леса распирало любопытство попробовать диковинный чай, и в тупик главной дороги потянулась целая вереница гостей.

Каждому новому гостю, стоило ему только просунуть пятачок в убежище Худоши, на редкость гостеприимный хозяин театрально, на весь холм провозглашал:

– Не хотите ли отведать Тибетского чаю? – и наливал из чайника по несколько глотков тинной бормотухи.

Гости сразу соображали, чем их угощают, и вскоре на холме образовалось целое гулянье – пели ромалы, испив по паре глоточков, загогулистые коленца выписывал Андрей со своей ездовой собакой, накушавшись «чаю» больше всех.

Когда Чучо и Томас одновременно пришла в головы мысль посмотреть, что творится на улице, то одна с радостью поняла, что Худоше еще жить и жить, а вторая с превеликой досадой сообразила, что теперь у конкурента отбоя не будет от бормотушников.

Про Худошу и тинную бормотуху

В Зеленецком лесу наступала зима. Это обстоятельство пришло в жизнь двух троллей совершенно неожиданно.

Невзирая на то, что Чучо могла разглядеть и знала наперечет все кратеры на Лунной поверхности, трехмесячное осеннее умирание окружающей природы даже не наводило ее на мысль заниматься тем, что являлось обязанностью порядочных зеленецких троллих при подготовке к зиме.