Перес едет в Зеленецкий лес

– Да знаем мы вашу электронку! – на другом берегу реки появилось еще два тролля: черноволосая, ушастая, непередаваемо похожая на мать Чучо и крошечный серенький Худоша с маленькой фляжкой в руке.

Вскоре вся группа скрылась под сенью соснового бора.

Я оглянулась. Валерий Михайлович лежал на спине, держась руками за голову.

***

Я благополучно устроилась в соседнем от своего спутника номере. Мужчина, между тем, листая старые записи Чучо, восклицал: «Невероятно! Ужас! Сколько их там?»

Третьего дня на электронную почту начали приходить обширные письма… от Чучо, продолжавшей свои упражнения в литературном португальском языке.

***

«Ну, вот, мама, – мысленно говорила Чучо, исподтишка поглядывая на настоящую, живую Перес, расхаживающую по ее норе, – здесь я и живу».

Старая троллиха покрутила колесо прялки, бесповоротно спутав шерстяную нитку. Провела лапой по верху большой книжной полки и сдула с ладони пыль.

– Ну, да, тут немного пыльно и песок сыпется с потолка, но зато тепло и уютно, – сказала госпожа мэр вслух.

– Старье, одно старье! – проскрипела гостья. – Но, если тебе так плохо было в Северном городе, то у нас два пути: воспитать твоего Человека, как я воспитала свою, или нажить добро здесь, где ты стала мэром.

– Воспитывать Человеков я не умею и не хочу, – жалобно протянула Чучо. – А мэр я, постольку-поскольку Худоша сорвал выборы. Не очень-то хотелось им быть.

– А кто тебя спрашивает? – хмыкнула Перес. – Ты – народный избранник, и я уверена, что тебя выберут второй раз, уж я постараюсь.

– Чем ты, мама, планируешь заниматься? – осторожно поинтересовалась молодая троллиха. – Я могу научить тебя прясть и вязать, собирать орешки и воровать из гнезд воркушины яйца, ловить рыбу, готовить еду и торговать в лавке.

– Нет-нет, не трудись, дочка. Я все умею сама. Недаром же я дожила до таких глубоких лет. Я займусь благородным делом: организую летнюю школу и буду преподавать историю… неграмотным троллям.

– Здесь нет неграмотных троллей, – испуганно возразила Чучо.

– Ну, троллят полно и выживших из ума стариков, которые выбрасывают рыбу в реку. – Перес потянулась и вдруг учуяла тошнотворный запах Худошиной бормотухи, тянущийся через лаз, который тролль прорыл между норами.

– Бормотуху прошу мне не подсовывать, – строго сказала старая троллиха, – а то мало ли что я тут наговорю, Подрывайло такого и не знает! А сейчас я буду строить план твоей предвыборной кампании.