Продавец счастья

 – Еще бы женитьба выгодная подоспела, так и при дворе скоро будете!

– Какая женитьба, Алексашка? Я давно женат на Авдотье Петровне. Ты кости не смей подменять, мне с этими ладно.

– Так я про доченьку вашу, Ипатий Силыч! Ей-богу, клянусь, княжеского полету барышня: и воспитание, и взгляд, и походка знатного роду. Через женитьбу можно и дворянский род заиметь.

Бобо лежит ни жив ни мертв. Соседняя комната большая, с резными потолками и изразцовой печью в углу. Узбек её видел, когда предыдущие жильцы выселялись.

– Князь, а вы нынче играть будете?

Молодой баритон отвечает:

– Меня не интересуют мануфактуры. Лядова жду. Обошел вчера на скачках моих рысаков. Его Алмаз очень хорош, настоящих арабских кровей. Хотел сторговаться, но не продает, шельма! Так я его коня выиграю.

Снова пахнуло крепким дорогим табаком. Бобо повернулся на запах и увидел в стене распахнутую двустворчатую дверь, прикрытую тяжелыми зелеными портьерами.

– Алексашка, открой окно в лакейской, – капризно произносит женский голос.

– Сию минуту-с, Марья Никитична!

Бобо каким-то внутренним чутьем понимает, что сейчас через дверь войдет человек. Он зажмуривается и пытается сжаться, стать маленьким, незаметным…

Алексашка трясет его за плечо и пытается поставить на ноги:

– Здесь кто-то есть!

– Черт возьми, если мое инкогнито будет раскрыто, то я первый сообщу в полицию, что Алексашка Михайлов содержит не доходный, а игорный дом! – раздается баритон князя.

– Помилуйте, Ваша светлость! В этой комнате я самолично раздающий и крупье для сохранения тайности! А как этот человек сюда пробрался – мне не известно!

– Ипатий Силыч, вам в лакейскую пройти не возбраняется. Прошу разобраться в этом деликатном деле, – волнуется молодой аристократ.

Зеленые портьеры раздвигаются, и в дверях появляется седой дородный великан в пиджаке дорогого сукна и с трубкой во рту. Он неторопливо оглядывает Бобо и закладывает правую руку за спину.

– Да это вообще бусурманин, – задумчиво взвешивая слова, говорит Ипатий Силыч. – И одет не по-нашему. Турок, похоже.

– Покажите! Покажите мне бусурманина! – задорно интересуется Марья Никитична из-за двери.

– Да это одна знакомая нам личность, – вдруг начинает суетиться Алексашка Михайлов. – Он же и по-русски не понимает… Проездом в Санкт-Петербурге… Так что наша конфиденс будет полностью соблюдена.