Её амнезия просто находка

Кларк, как можно скорее, выводит несчастную из припадочного состояния и прикладывает прохладную ладонь к горячему влажному лбу.

– Ничего страшного. Попробуем еще завтра. А сегодня просто отдыхай, – говорит Кларк девушке, которая после выхода из транса бледна, как смерть.

Гриффин наливает девушке чай, добавляет в него пару чайных ложек сахара и подает коробку с пончиками, которые любезно принесла Эбигейл.

Девушка, кажется, вот-вот плюхнется в обморок, и Кларк опасается, что избранный путь исследования состояния девушки с помощью сывороток может оказаться опасным.

Но ведь таковы издержки профессии Кларк – определенные риски остаются и будут существовать всегда.

Когда к Кларк приходит Симона с родителями, последние против присутствия в кабинете постороннего и смотрят в сторону новой знакомой Кларк. Приходится отправить девушку в кабинет к Эбигейл. Оставлять ее без присмотра нежелательно. Девушка позволила до этого подключить свой мозг к бездушной машине, но на которую остается надежда узнать, кто же она на самом деле и почему потеряла память.

– Что это за девочка у вас была на обследовании? У нее похожая проблема с нашей дочерью? – спрашивает у Кларк приемная мать Симоны.

– Не совсем…

– Это настолько серьезно? – женщина, кажется, действительно проявляет живой интерес к этой девушке.

– Думаю, нам нужно заняться здоровьем Симоны. Продолжим?

***

Девушка сидит на стуле перед столом Эбигейл и разглядывает кабинет, барахтая ногами и крутя головой по сторонам.

Любопытство в ней играет по-полной и сейчас оно превалирует над ее поведением. Эбигейл пытается сосредоточиться на документах, но у нее это слабо получается из-за неугомонности девушки.

– Ты можешь вести себя немного потише? – как можно деликатнее просит Эбигейл, растирая виски подушечками пальцев.

– Извините…

Женщине становится даже не по себе от своей несдержанности и она дарит девушке слегка натянутую, но все же улыбку.

– И ты меня. Я просто последнее время на нервах.

Такой вот я нейрохирург, что сама о себе позаботиться не могу.

– Вы, как и Кларк, много работаете. Нужно уметь иногда расслабляться. Жизнь не должна состоять только из преданности своему делу.

– А ты рассуждаешь очень даже по-взрослому, – замечает Эбигейл, прикусывая кончик шариковой ручки.

– Ну мне ведь и не пять лет точно. Ростом, по крайней мере, я никак не тяну на ребенка.

Эбигейл даже немного расслабляется от диалога с этой неизвестной девушкой.