Жертва бывшего мужа. Отданная бандиту

– Шурочка, все будет хорошо, – попыталась успокоить девушку. – Мне уже лучше, правда. Ты же закроешь салон?

– Ангелина Романовна, можете не переживать. Кассу девочки уже сняли, только…

– Что еще?

– Тот бандит, последний клиент, он оставил слишком много.

– Сколько? – охватило неприятное предчувствие.

– Намного больше, чем стоит стрижка, даже модельная, даже ВИП-стрижка.

– Шура, сколько?

– Там еще осталось порядка пятидесяти тысяч.

Услышала сумму, и словно в болото окунулась.

– Он оплатил картой? – спросила недовольно, мне подачки не нужны, тем более, от такого как он.

– Нет, Ангелина Романовна, он выходя, кивнул своим амбалам, и те просто бросили на стойку пачку пятитысячных купюр. Что с ними делать?

– Вернуть никак? – с надеждой переспросила. – Ты знаешь, кто это был? Как его зовут?

– Нет. Я лишь слышала, как один из его амбалов говоря по телефону, обронил, что Елизар в данный момент занят.

– А как же запись?  Как он был записан?

– Мужская стрижка на девятнадцать ноль ноль, – виновато проговорила девушка.

– Ясно, – кажется, кровь окончательно отхлынула от моего лица. –  Шура, ты там одна была за стойкой?

– Да, – испуганно посмотрела мой администратор.

– Тогда положи эти деньги в сейф и если он появится снова, то верни ему.  А я попробую завтра посмотреть по камерам наблюдения номера его машины и узнать кто такой.

И как же я права была в то мгновение.

Глава 10

Новость об аномально крупных чаевых, окончательно добила меня. В голове не укладывалось, как такое может быть! Думала над тем, с какой целью этот страшный человек так щедро одарил меня. Я уже не маленькая девочка и не верила в чистые душевные порывы огромных дяденек. Он определенно сделал это с определенным намерением и мне становилось дурно от одной мысли, с каким именно.

Купить он меня вздумал. Чертов бандюган!

Встала, взяла кардиган и сумочку, и отправилась домой.

Пошел он к черту, демон с черной душой!

Пока ехала, успокоилась, сердце больше не колотилось в груди в безумном ритме. Дыхание восстановилось. Только на душе остался мрачный осадок, больше от того, что случилось между мной и мужем.

Предстоящий разговор, вот что меня тревожило.