Невинный трофей бандита

Ведь знала, куда идет, так какого хера ведет себя как идиотка?

– Хочешь, чтобы я на бумаге прописал свои права трахать тебя всеми возможными способами? – смотрел в кристально чистые, как осеннее небо, глаза и не понимал, какого хера занимаюсь этим дерьмом. Могу же просто повернуть ее лицом к стене, задрать подол платья и отыметь.

Но я почему-то разговариваю с ней.

– Мне нужно, чтобы вы юридически подтвердили свои намерения освободить папу.

Слишком много говорит. Много думает.

– Моему слову ты не веришь? – смотрел на нее сверху вниз, на заплаканное лицо, розовые пухлые губы и ничего не мог с собой поделать, представляя, как вгоняю член в этот рот.

– Нет, – мотнула она головой и, не дождавшись разрешения, медленно поднялась на ноги, упершись взглядом мне в глаза.

Играет, сучка. Оттягивает время. Но я не железный. И ей лучше не пробуждать мои темные стороны, иначе Анисимова Ева, дочь мэра, пожалеет о своей игре.

– Я поняла, на каких условиях вы… – запнулась, выдавливая из себя, – поможете нам.

Но мне нужно понимать, что условия сделки будут выполнены с двух сторон, а не так, что вы воспользуетесь мной и выпнете на улицу.

Голова высоко поднята, смотрела мне прямо в глаза, а губы подрагивали. Она явно находилась не в своей тарелке. Видел жилку, бьющуюся под тонкой белой кожей у нее на шее, желая коснуться ее, лизнуть, и сам закипаю от подобных мыслей. Резко вскинул руку вверх, обхватывая тонкую шею ладонью и прижимая ее к стене.

– Ты, видимо, не понимаешь, с кем связалась? – сократил расстояние между нами, рыча, практически ей в губы.

 – Привыкла быть принцесской. Думаешь, топнешь ножкой, и все будет по-твоему? Нет, Голубка. Сказка закончилась, карета снова превратилась в тыкву, а тебе пора мешки фасоли перебирать и ноги раздвигать.

Сжимал сильнее девичью шею, чувствуя, как под большим пальцем бьется та самая жилка. Погладил ее подушечкой пальца, изучая ее безупречное лицо. Никакого ботокса или переделок, кажется, в ней все натурально и идеально.

Но так быть не должно. Нужно запятнать, испортить, сделать такой же, как и другие.

Таких только рисуют, в жизни подобные девушки не встречаются. По крайней мере, они не ходят по тем же улицами, что и я.

– Не думай меня дурить. Иначе жизнь превратится в ад. Поняла меня?

Ева едва заметно кивнула, пытаясь просунуть пальцы под мою ладонь.

– Договор нужен тебе? Будет тебе договор. Составлю так, что сама пожалеешь о своей идее.