Тьма. Время Смерти

По ее рукам текла кровь, стекая на рассыпанные по полу осколки стекла. Брюнетка держалась за оконный проем, чтобы не выпасть в разбитое окно вместе с порывом ветра, завывающим снаружи. И на ее месте стоило опасаться не рук стражи, а возможности выпасть с пятого этажа замка. Ветра в последнее время особенно сильные. И с каждым днем они лишь крепли и становились еще сильнее.

– Не подходи или зарежу! – визжала она, смотря на мужчин в доспехах безумными глазами.

– Микио, слезай, – позвал девушку герцог, желая как можно быстрее прекратить этот цирк.

– Господин! – радостно выкрикнула брюнетка. – Господин! Скажи своим псам, чтобы не смели ко мне прикасаться.

– Они не тронут тебя, если ты пойдешь с ними добровольно, – лениво осматривал растрепанную, окровавленную девушку, смотрящего на него безумным взглядом с горячечном блеском и не понимал, почему терпел ее выходки столько лет.

– Зачем мне идти с ними, любимый господин? – пыталась нацепить дежурную улыбку, но из-за дрожащих губ получилась уродливая гримаса.

– Делай, что говорят Микио. И тогда тебя продадут кому-то из знати.

– Но как же меня могут продать если я ваша? – стояла на своем девушка.

– У тебя есть десять секунд, чтобы выйти через эту дверь на своих ногах, иначе тебя вынесут прямо на торги в публичный дом.

Подобие улыбки сползло с лица девушки.

– Вы говорили, что я навсегда буду с вами! – крикнула она.

– Не стоит доверять демонам, – равнодушно заметил он. – Навечно со мной будет только супруга. А ты…Ты осталась в прошлом.

Повернулся спиной к бывшей наложнице.

– Будь проклят ты и твоя сука! – выкрикнула девушка и послышался шумный вздох.

– Стой! – закричал кто-то из стражи.

– Поздно. Разбилась, – проговорил второй.

Герцог обернулся назад, увидев как стражи выглядывают из окна. Что ж. Так даже лучше.

В приподнятом настроении он вернулся в свои покои, снимая рубаху, сапоги и брюки, и осторожно, чтобы не потревожить сон любимой, залез к ней под одеяло. Прижался к обнаженному горячему телу, поцеловал в острое плечо и зарывшись носом в волосах, жадно вдохнул запах орхидей.

Наконец-то он снова оказался рядом со своей сладкой девочкой. Не девочкой. Богиней! С тех пор, как она сама пришла к нему, позволив то, о чем он грезил месяцами, его одержимость этой девушкой стала еще сильней. Теперь он старался не оставлять ее одну. И стоило герцогу ненадолго отлучиться, как его съедала тоска и боль. Находиться на расстоянии от Алии оказалось мучительно больно.