Рабыня Смерти

– Проводник куда? Твою мать, из тебя так и придется вытаскивать все клещами? Ты не можешь сразу рассказать, какого хрена происходит? Почему я гуляю среди живых, и почему они меня не видят, а ты разговариваешь, словно это в порядке вещей!

– Нам предстоит долгий разговор, давай переберемся в место потеплее, – снова улыбнулся Проводник, и через секунду мы оказались в кафе, в котором я частенько бывала при жизни.

Наш столик у окна был моим любимым; наверняка он не просто так выбрал именно его. Напротив блондина стояла чашка ароматного кофе, об которую он грел ладони.

Я же просто сидела и не могла понять, как будет выглядеть со стороны человек, разговаривающий сам с собой.

– Ты не боишься, что будешь выглядеть глупо? – откинулась на спинку дивана, точнее притворилась, что откидываюсь, так как просто торчала посреди него. – Сидишь тут один и разговариваешь сам с собой.

– Абсолютно не боюсь: люди не видят меня так же, как и тебя, – он сделал глоток из чашки.

– Тогда почему ты можешь пить кофе, а я нет?

– Потому что я не дух.

Моё тело абсолютно реально и может соприкасаться с любой материей.

– Ты меня совсем запутал, – этот товарищ совершенно не облегчал решение той головоломки, которую я пыталась разгадать. – Тогда почему тебя не видят? И, если тебя не видят, что будет, когда посетители захотят сесть за этот стол?

– При жизни ты задавала столько же вопросов? – он достал из кармана портсигар и прикурил сигарету.

Портсигар? Серьезно? В каком веке он живет?

– Если не нравятся мои вопросы, может, тогда сам всё расскажешь, и покончим с этим? – фыркнула, рассматривая своего собеседника.

У него была весьма приятная внешность, даже, можно сказать, привлекательная. Будь я жива, обязательно обратила внимание на него, увидев на улице. Светлые локоны, закрывающие уши, были в легком беспорядке. Возможно это их естественное состояние или же следствие холодного ветра. Его глаза сначала показались мне зелеными, но при более внимательном рассмотрении было видно, что внутренняя часть радужки серая.

На вид около тридцати пяти лет: у более молодых людей не бывает таких лучиков вокруг глаз. Хотя за те десять минут, что я его знаю, он ни на секунду не перестал ухмыляться. И таких очаровательных ямочек на щеках, покрытых темной щетиной, я, пожалуй, не видела при жизни. По крайней мере, у парней.

– Насмотрелась? – выдохнул дым мой собеседник.

– Вполне. Теперь, может, уже начнешь свой рассказ, Проводник? – сделала акцент на последнем слове.