Опасная одержимость бандита

Боже, он узнал меня! Он меня помнит!

Как в замедленной съемке, он медленно наклонился ко мне:

– Мы знакомы? – услышала его бархатный баритон, и вместе с ним звон моих разбитых надежд и разочарования.

Дура! Какая же я дура. Он не узнал меня. Такие как он не запоминают девушек вроде меня.

Сделала вдох, выдох, сдерживая обиду. Все что смогла ответить это, помотать головой. Горло сжал спазм, и захотелось убежать отсюда как можно дальше. Но куда и как? Я даже выход не смогла найти из этого вертепа.

Затем я вспомнила, каким милым он показался там, в филармонии, и даже если он не помнит меня, то поможет выйти на улицу.

– У меня оторвалась пуговка, – подошла ближе, поднявшись на носочки и прокричав так, чтобы он наверняка меня услышал.

И в следующее мгновение я увидела, как его губы растянулись в улыбке, а затем он запрокинул голову назад и рассмеялся.

– Ну, привет, Пуговка! – сощурившись рассматривал меня. – Хорошо выглядишь.

Глава 5

Мия

– Спасибо, – щеки пылают, а сердце скачет так быстро, стучась о решетку ребер, что, кажется, не выдержит дикой скорости.

Незнакомец смотрит на меня так пристально, что по телу разливается жар, сбивается дыхание и кружится голова. Но мне уже не страшно быть здесь. Я забыла о неприятном разговоре на балконе и неприятной сцене после него. Все было не зря. Ведь я снова увидела Его. И даже в полумраке, с испещренным разноцветными полосами лицом, посреди царства порока и разврата он выглядел, как самая запретная из фантазий.

– Что ты здесь делаешь? – склоняется ко мне, чтобы я его услышала. – Развлекаешься?

Теперь кажется, что он не просто сканирует меня глазами, а пытается проникнуть в голову.

– Пришла посмотреть… – и не знаю, как объяснить дальше, зачем именно я здесь оказалась.

Не говорить же мужчине, от взгляда на которого дух захватывает, о том, что меня отправила в клуб мама – для более тесного общения с претендентом на заключение со мною брака. Да, именно в такой формулировке. Потому что тому, за кого хотели отдать меня родители, плевать на мою руку, на нее он точно не покушался. Брак для него воспринимался не более чем сделкой.