Рассыпанный жемчуг, или Свидание в Праге

Наверно, человек в инвалидной коляске чувствует себя таким же беспомощным, как она с этим нелепым надутым мешком на ногах.

Лежанка за стеной заскрипела.

– Вы приехали лечиться? – игриво спросил голос.

Мария решила разыграть незнакомца.

– Конечно, – ответил она. – В моем почтенном возрасте лечение – единственное развлечение.

– По вашему голосу не скажешь, что вы старая.

– На самом деле мне уже восемьдесят.

– Какая удача. Тогда есть смысл предложить вам руку и сердце. Вы заинтересованы в молодых женихах?

– Мечтаете стать богатым вдовцом?

– Вряд ли у меня это получится.

– Догадайтесь по голосу. По нему можно многое угадать.

– Вам около тридцати – плюс-минус два-три года. Думаю, имеют место высшее образование, интеллект, работа, которая вам интересна, достаточно широкий круг общения. И еще… Мне кажется, в данный момент вы одиноки.

– Вы хотите сказать, что умные женщины обречены на одиночество?

– И не только женщины.

«Наш разум не может понять всю картину жизни в целом», – вспомнила Мария первые строки книги Брюса.

– Хотя, – продолжал незнакомец, – от любви нас удерживает не столько разум, сколько страх: быть непонятыми, обманутыми, отвергнутыми. Но все это лишь фантомы, кошмарные сны. Нужно просто проснуться!

– Надеюсь, вы правы.

– Вы не обиделись? Странно.

– А вы хотели меня обидеть? Простите, я не заметила. Мне интересно. Продолжайте, пожалуйста.

– Обидеть, конечно, не хотел, просто обычно это само получается.

– Обычно? Хотите сказать, что не впервые знакомитесь с женщиной, принимая газовые ванны? Никогда бы не подумала, что сероводород так действует на мужчин.

– Почему бы и нет? Я знакомлюсь где угодно, с кем угодно и когда захочу. Знаете что? Думаю, вас выпустят первой, и вы, конечно, ускользнете, не дождавшись меня.

– Не спорю, потому что это нечестно. Учитывая отсутствие у вас шансов меня узнать.

Вернулась медсестра и освободила Марию из газового плена.

– Я найду вас, не сомневайтесь, – лукаво сказал мужской голос.

– Буду очень рада. Прощайте!

Мария ушла – нужно было еще переодеться и позавтракать. Постучала в дверь Ивана Яковлевича, но никто не ответил. Наверно, он уже за столом.