Прощение

Зная, что уже не в силах остановить захватчика, отец сумел убедить того заключить договор, по которому все земли, принадлежащие Брентонам без капли крови переходят Вестнорду, а я буду отдана ему в жены, как залог верности и подчинения видамов и вальвассоров, что не один век присягали Брентонам в верности.

– Госпожа, я провожу вас к себе, – кто-то настойчиво тянул меня в сторону.

– Я хочу остаться здесь. Я хочу попрощаться с отцом.

– Но, госпожа Корнелия, моя милая! – повернув голову, я увидела Эбигейл, пожилую женщину, мою няню, ныне выполняющую роль моей служанки.

Когда я вышла из детского возраста мне уже не нужна была няня, но расстаться мы с ней не смогли. Все самые теплые воспоминания у меня связаны именно с этой невысокой, немного полноватой женщиной с давно уже седой головой. Не имея своих детей, она отдала мне всю свою нежность, заботу и любовь, она всегда была на моей стороне, моя утешительница.

– Эби, я побуду здесь, мне нужно это …

– Тогда я останусь с вами. – упрямо поджатые губы, глаза смотрят с тревогой.

– Нет, я останусь одна. Ступай отдыхать, мы все с трудом пережили эти дни.

Вздохнув с сожалением, она повернулась в сторону дверей и, помедлив, вышла.

Оставшись одна, я выпустила чувства на волю, разрывавшие меня изнутри. Отчаяние, скорбь, боль утраты, страх вырвались наружу. Слезы душили меня, переходя в рыдания, отдававшиеся гулким эхом по стенам. Хотелось кричать от невозможности происходящего. Я молила бога забрать меня следом за моей семьей, опустившись на ледянной каменный пол.

Я отчаянно не хотела жить.

Занимался холодный серый рассвет, когда меня залитую слезами, непомнящую себя,без сил вывели наверх.

Очнулось мое тело уже ближе к полудню. Отдернула полог и увидела спящую в кресле подле кровати Эби. Опустив ноги, коснулась холодного пола и поежилась. Несмотря на яркий солнечный свет, щедро заливающий комнату, было прохладно. Снаружи была поздняя осень. Деревья уже лишились большей части своей увядающей кроны, во дворе замка и в его окрестностях суетились люди, заканчивая последние приготовления к зиме.

Зима в Эдингарднере затяжная и очень суровая, пополнить запасы до ее окончания практически невозможно, поэтому от того насколько готовы мы будем к ней, будет зависеть переживем ли мы ее.

Встала, одела старую немного выцветшую бежевую шерстяную тунику, поверх нее небесно-голубую, на талии застегнула ремешок. Умылась, плеснув на лицо ледяной водой из кувшина, заплела волосы в косу и вышла из комнаты.