Декан в моей голове

Надо ли говорить, что возвращалась я от ректора хоть и раздраженная, но ключи немного примирили меня с действительностью. А послезавтра мне предстоял уже первый урок у артефакторов.

«Джойс, нам надо в мой кабинет», – заикнулся Гайер, когда я пришла в свою комнату и уселась за стол.

«Я с места не сдвинусь, пока вы не начнете обучать меня защите мыслей», – заявила ему. Он обещал, а я уже и так во многом пошла на уступки.

Гайер был недоволен, я это почувствовала. Вообще я заметила, что его эмоции иногда прорываются, и я могу их определить.

Интересно, от чего это зависит?

«Давайте хотя бы вечером? У нас полно дел сейчас».

Я вздохнула. Чувствую себя куклой, которую дергают за ниточки.

«А вечером обещаю, начнем обучение. И кстати возьмем у меня одну книгу, которая пригодится вам для диплома», – продолжил Гайер, уже каким-то искушающим тоном.

«Ладно, ладно, идем».

Кабинет Гайера охраняла настоящая мегера, чудовище, принявшее вид приличной тридцатилетней женщины с собранные в пучок светлыми волосами.

Нет серьезно, это не секретарь, а какой-то цербер. Я полчаса потратила на объяснения и потрясание перед ее носом кулоном-ключом к кабинету. В итоге она еле-еле согласилась связаться по магофону с ректором и уточнить у него. Блимс, к его чести, сразу оговорил, что я допущена в кабинет вплоть до полной выписки профессора Гайера и имею право оставаться там одна.

И вот долгожданный момент, когда я наконец выпроводила эту ужасную женщину, захлопнула дверь, закрылась на два поворота замка и устало опустилась на стул.

Даже не знала, что сказать, у меня в мыслях были одни нелицеприятные эпитеты.

«Мда», – протянул Гайер. – «Со мной она так себя не вела… Даже не знаю теперь, уволить её по возращении или наградить за усердие…».

Вот так ситуация! У меня вырвался один смешок, затем второй, и наконец, не выдержав, я расхохоталась. Нервное напряжение, все пережитые события, все это вылилось в истерику, и я хохотала как ненормальная, вытирая выступившие слезы.

Гайер пытался меня утихомирить, но куда там.

– Всё, всё, я успокоилась, – проговорила я. – Профессор, а тут хоть звукоизоляция есть?

Впервые обратилась в Гайеру вот так, вслух, а не про себя, и это напомнило о нашей ситуации, мигов отбив все желание смеяться.

«Да, есть, не переживайте. Камила не вызовет лекаря-психиатра из-за вашего истерического смеха», – ответил он.

Ах вот как её зовут – Камила.

«Ладно, давайте к нашим делам.