Дарёнкино счастье. Сборник рассказов

  Девушки смущенно поглядывали на него, в душе лелея мечту о том, что может быть какой-нибудь из них и выпадет счастье быть им замеченной.  Он не пытался ухаживать за кем-либо из них, всю душу, однако, вкладывая  в свою работу, в сельских ребятишек.

А с Дашей Рогозиной, на правах старой знакомой, Василий Григорьевич порой разговаривал прямо на улице. Узнав о том, что девушка отучилась четыре года в школе, он предложил ей продолжить образование.

«Я, конечно, понимаю, что вы замужем, но почему бы и нет? Если хотите, я поговорю с вашим мужем.

Самое интересное, что Василий Григорьевич сумел создать класс для нескольких вот таких же как она девушек, даже ее подружка Верунька оказалась в числе его учениц.

Эти редкие беседы тем не менее не остались незамеченными Дашиной свекровью. Снохе она говорить ничего не стала, а вот сыну не стерпела и сделала как-то намек.

Матвей, до сих пор ни на каплю не изменивший своего отношения к жене, только глянул строго. И, как это часто бывает, буквально через несколько дней и сам получил подтверждение материным словам.

Даша пошла на колодец за водой. И только собралась цеплять ведра на коромысло, как к ней подошел учитель. Поздоровался и решительно подхватил ведра.

Дарёнка попыталась его убедить, что прекрасно донесет их и сама, но Василий Григорьевич был непреклонен.

– Даже и не думайте! Дурацкие это законы, поверьте! Женская работа, мужская… Мужчина всегда должен помогать женщине! Именно это я и ребятам своим говорю. А они вот тоже, как вы… девочки краснеют, а мальчишки недоверчиво хмыкают. Но уважительному отношению к женщине все равно надо учить, и учить с детства! Вы, кстати, Даша, подумали над моим предложением?

Ну, конечно, Даша думала! Как ей было не думать! Предложение-то скорее похоже на сказку! Надо ведь такое придумать – ей учиться! Она теперь мужняя жена – вот и весь сказ.

А тут и он сам вышел за ворота. Увидал жену. Заметил и учителя. Аж побледнел от изумления. Уйти бы прочь от такого позора, да ноги словно свинцом налились.

Дарёнка вспыхнула, как факел, даже слезы на глаза навернулись. Подошли они к Рогозинскому дому.